А его помощник уже начал входить в свое новое положение богатого человека и купил у старшины его куртку из наборного меха песцовых и лисьих голов. Двадцать рублей не пожалел прижимистый грек! Зато в столице другой такой точно не будет.
Из Оймякона на юг шла хорошая грунтовка, годная даже для колесного транспорта. Она поднималась по притоку Индигирки реке Куйдуган и соединялась со старым трактом Охотск – Якутск. Тракт уже не поддерживался властями в надлежащем виде, но верхом по нему продвигаться было можно. На расстоянии 1025 верст размещалось 14 почтовых станций, где имелись комнаты для отдыха и с буфетом.
На память о Якутии Алексей Николаевич купил у инородцев теплые двойные рукавицы: снаружи мех рыси, внутри – песца. Жене приобрел красивый колымский шарф из беличьих хвостов.
Через четыре дня пути отряд вышел к Аллат-Юньской почтово-телеграфной станции. Райское место: большая русская печь, портреты Скобелева и Тотлебена на стенах, сырники со сметаной… Там была баня, и путники остановились на сутки – помыться, прийти в себя и дать отдых лошадям.
Лыков первым делом связался с Брюн-де-Сент-Ипполитом. Оказалось, что тот прислал на его имя в Якутск уже шесть депеш. В которых спрашивал, когда же статский советник вернется к своим обязанностям… Командированный доложил, что задания выполнены, банда уничтожена, прииск разгромлен.
"По телеграфу после этого разгорелась словесная перепалка. Директор приказал ускорить возвращение любой ценой, поскольку для отсутствующих сыщиков накопилось много дел. Алексей Николаевич не удержался и напомнил: когда он уезжал, их превосходительство говорили, что легко обойдутся без него.