Его Величество обещал взять дело под личный контроль, а так же отправить с нами в дорогу отряд охраны. Даже представить не могу, кому понадобилось нападать на беззащитную девушку. Эдвард видит лишь горы, что может указывать как на провокацию из Остора, так и на личную неприязнь кого-то из герцогства. Во всяком случае, расследование будет продолжаться дальше. Джефф ищет виновных настолько быстро, насколько только может, но все ниточки оборваны. Бетти два дня лежала без чувств от потрясения и неделю плакала. Надеюсь, путь в поместье пройдёт спокойно, а уж в родовом замке я смогу защитить любимую"".
Я глянула на дату. С момента записи прошел год. Интересно, почему Ричард не сказал о покушении? Не хотел пугать? Скорее всего.
Я грустно улыбнулась. Как же Джеймс любил жену. От строк так веяло теплом и
заботой. Очень жаль, что их жизни так рано оборвались. А с другой стороны, что бы было со мной, не погибни герцогиня? От раздумий отвлёк стук, и в покои вошла Мара с подносом еды. А следом и Генри с бокалом.
— Генри, а Вы не могли бы со мной поговорить, — спросила у лекаря, пока он не ушел.
— Конечно, леди. Что Вы хотели узнать?
— Вы же знаете, что я ничего не помню. Что слупилось со мной? Как я могла отравиться?
Мужчина вздохнул и с жалостью посмотрел на меня. Немного помявшись, заговорил:
— Когда молодой герцог погиб, Вы ждали ребенка. Срок ещё был маленький, всего два месяца. Смерть супруга Вас сильно расстроила, Вы постоянно плакали и теряли сознания.
— Выкидыш значит, — рассеянно прошептала я, чувствуя, как на глазах выступили слёзы.
— Да, леди. Потеря ребенка чуть не свела Вас с ума. За Вами следом всегда ходила Мара и один из подчинённых Оливера. Они три раза снимали Вас с крыши. Я готовил успокаивающую настойку, но она мало помогало. За неделю до отравления, Вы наконец успокоились и даже начали улыбаться и гулять. Видимо, на прогулке незаметно набрали ядовитую ягоду.
"день до происшествия, мы решили, что сопровождение Вам больше не надо. Но ошиблись, простите, леди.
— Какой кошмар, — я прижала ладонь к губам, чувствуя, как непрерывно текут слёзы. Лекарь замялся, а потом решительно сказал:
— Леди, простите мою дерзость, но я рад, что Вы всё забыли. И лучше бы Вам не вспоминать. Конечно, тяжело жить, не зная своего прошлого, но пусть лучше так, чем умирать от горя. Простите ещё раз.