Просто ровно столько удалось предоставить кулонов, скрывающих от магического зрения. Читатель наверняка помнит такой кулон – Мэйлинн позаимствовала его из Наэлирро при побеге. Данные артефакты действительно были необычайно редки и секретом их создания именно в таком виде, кроме самих лирр, владел, должно быть только лишь Каладиус. Сами же лирры неохотно делились секретами магического мастерства, тем более – с людьми.
Однако вторжение Эллора поставило под удар всех жителей Паэтты, а не только лишь одних людей, поэтому лиррийский народ с первых же дней принял активное участие в войне против этого страшного зла.
Что же касается лирр, то их небольшие отряды вставали плечом к плечу с людьми, чтобы отстоять свой мир. Чаще всего лирр использовали в качестве разведчиков и стрелков, поскольку никто из людей не мог превзойти их в этом, но были и пехотные, и даже кавалерийские лиррийские отряды.
По вполне понятным причинам значительное количество магинь не могли принимать активного участия в сражениях – те, что не имели проблем с передвижением, как правило, на слишком многое и не годились, а те, кто обладали достаточной мощью, чаще всего были не слишком-то подвижны.
Однако же далеко не все магини избегали войны.
Но всё же значительная часть магинь помогала воюющим иначе – находясь в сотнях миль от передовой. В теории и на практике разрабатывались новые заклинания, позволявшие магам Паэтты вновь учиться эффективно черпать свои силы из бушующего нынче океана возмущения, в котором теперь, благодаря Чёрной Башне и влиянию магии Эллора, воцарился настоящий хаос.
То, что гомункулы обладают лишь магическим зрением, не было секретом для нашего читателя ещё со времён предыдущей книги. Знали об этом теперь и маги Паэтты.