– Если помните нашу встречу с Ночными бродягами, то у них тогда были специальные ошейники, позволявшие им существовать в нашем мире. Это как водолазный колокол, позволяющий человеку дышать под водой. Но возникновение Башни изменило потоки возмущения, так что магия Эллора смогла проникнуть на Паэтту, но, вероятно, в недостаточных пока количествах. И вот, чтобы превратить эту реку в разветвлённую систему, гомункулы, образно говоря, роют каналы – то есть устанавливают определённые артефакты, которые позволяют транслировать магию Эллора дальше к востоку.
Как мы видим, Каладиус, сам того не ведая, позаимствовал аналогию генерала Шэндора с рыбой, хотя и в несколько ином ключе.
– И что – это позволит уничтожить все войска Тондрона? – живо спросил Бин.
– Конечно нет, ведь магия Эллора вливается к нам и по иным причинам. Но ослабить армию Гурра и замедлить вторжение – вполне.
– Значит, сейчас в Палатие всё более-менее благополучно? – Лэйто решил вернуть разговор к более волнующей его теме.
– Ну вы сами понимаете, что в данной ситуации говорить о благополучии можно лишь с огромными допущениями, – ответил Варан. – Но, во всяком случае, угроза полного истребления, кажется, уже неактуальна. Более того, вы, быть может, слышали уже, что… Чёрная Герцогиня… – Варан споткнулся на этом имени, вспомнив, кто она такая.
– Вот это новость! – воскликнул обрадованный Каладиус. – Значит, наша дорогая подруга не окончательно превратилась в злую колдунью! Да и для нас всё значительно упрощается – нам не придётся продираться сквозь поля сражений.
– О, мессир, и тут всё полностью подтверждает ваши слова! – ответил Варан.