Тот охотно рассказал о последних новостях, которых, впрочем, было немного – за исключением диверсионных вылазок «Лисов» и других подобных отрядов, армия основательно готовилась к зимовке.
Разговор, конечно же, очень быстро перекинулся на «Ночных лисов». Лэйто интересовал этот элитный полк, и он очень рассчитывал, что, благодаря протекции Каладиуса, он и его парни сумеют попасть в него. Он расспрашивал сержанта о подполковнике Брайке, пытаясь узнать, что это за человек, но, к сожалению, сержант прибыл в Банти всего каких-нибудь три недели назад, так что знал о легендарном командире совсем немного.
– А где можно его увидеть? – спросил Лэйто.
– Да вон их штаб, отсюдова виден, – махнул рукой сержант. – Если интересно, сходи туда. Похоже, ты не прочь завербоваться к ним?
– Есть такое дело, – не стал скрывать Лэйто. – Мой полк погиб, и я с удовольствием прибился бы к полку, который не просиживает задницы на одном месте.
– Ну так и иди туда, чего меня отвлекать? – кажется, караульный слегка обиделся на последние слова.
Тем не менее, совет был неплох, и Лэйто решил попытать счастья. Поскольку никаких указаний насчёт того, чтобы не покидать штаба, у него не было, он без всякого зазрения совести направился туда, куда указал сержант.
Подойдя к большой избе, на которой красовалась ставшая уже легендарной эмблема «Ночных лисов», Лэйто обратил внимание на офицера, спешащего, похоже, именно сюда. Чёрная форма и чёрный плащ указывали на его принадлежность к разведчикам «Лисов».
– Разрешите обратиться, господин капитан! – окликнул он офицера.
Тот, видимо задумавшись о чём-то, вздрогнул от неожиданности и оглянулся. Несколько секунд Лэйто со всё возраставшим изумлением глядел на его лицо, которое, к слову, тоже постепенно вытягивалось от удивления.
– Лэйто? – словно, не веря своим глазам, спросил офицер.
– Пэйл? – Лэйто настолько удивился, что забыл о субординации.
– Ах ты засранец! – вскричал капитан Пэйл, и радость в его голосе полностью противоречила смыслу фразы.
Былые сержанты второй роты Пятого стрелкового никогда не были друзьями, скорее уж они походили на двух ежей, засунутых в мешок. Но сейчас Лэйто вдруг понял, насколько он рад видеть этого говнистого ублюдка.