Только было ощущение, что Шон не обрадуется.
– Да, не стоит. Просто смотри в глаза. Я показываю, как надо – ты запоминаешь. Потом повторяешь. Ясно?
Ясно. Поежилась – интересно, а снаружи заниматься нельзя? А то тут пол просто ледяной, а я босиком.
– Два слоя драконьего щита и теплый воздух между ними – вот тебе и носки! Не отвлекайся – ночь не бесконечна. Давай!
Через полчаса мне уже не было холодно. Сначала я научилась создавать стоячих Шонов, которые хлопали глазами, ерошили волосы и чесали нос. Потом достоверных зевающих, переминающихся с ноги на ногу копий себя…"
"– Интересно.
– Резерв кончился, – расстроилась я.
– Упс! А что делать? – маг взъерошил волосы. – Лбом ко лбу точно нельзя. Ладно, давай руку, рискну.
– Ага, сейчас, – кивнула я. И, пока он разговорчивый, спросила: – Шон, а почему ты согласен меня учить? Я благодарна… но мне интересно!
– Интересно… – Он почесал кончик носа пальцем.
Ни фига не поняла, если честно. Чем это мы похожи? Что одеваемся, как чучела, и с расческой не очень дружим?
Шон снова блеснул улыбкой, оживленно завозился и радостно сообщил:
– Ты – ненормальная. Как и я.
– Это как? – обалдела я от такой постановки вопроса.
– Ну, смотри. Можно делать что-то.
Если честно, то никакой. И то и это звучит как-то по-дурацки.
Шон хихикнул:
– Это просто! Представь, кто-то во дворе ловит курицу.
Представила – сама ловила. Птица, возмущенно квохча, удирает со всех лап, ускоряясь и выскальзывая из-под рук всякий раз, когда кажется, что удалось загнать её в угол. А ты, нагнувшись и растопырив руки, носишься следом, спотыкаясь и проклиная куриного бога. Ловить надо не так! Вот насыпал зерна – они сбежались – и тут ты внезапно, рывком – хвать!
– Представила? – Шон заломил бровь.
Это как? Оо-о! Я зажала ладонью рот, чтобы не засмеяться в голос – больно нелепая нарисовалась картина.
– Так вот. Большинство людей прикладывают усилия только для того, чтобы добиться какой-то конкретной цели. А вспомни себя? Сколько времени, работая с металлами, ты тратишь на эксперименты в духе «а что будет, если?..».