Если бы Павел узнал, каким образом развлекается Мышь, на время подменившая отлучившегося с поста РЭР Влада, он был бы очень зол. Однако ему пришел лишь короткий сигнал с сухим описанием ситуации, так что он спокойно прочитал донесение и набрал указанный в нем номер.
Где-то далеко от него одна журналистка коротко выдохнула, с ужасом уставившись на вибрирующий гаджет:
— Не хочу!
Однако Юрий Васильевич таки нажал кнопку громкой связи.
— Господа-путешественники, — хмыкнул негромко молодой мужской голос.
Связь прервалась примерно в тот миг, как остатки нашего ответа хот-догу упали на дешевую пластиковую тарелку.
— И кто бы это мог быть? — задумчиво поинтересовался Юрий Васильевич.
— Волконский, — безжизненно выдала та, с некоторым ужасом уставившись на комм. — Павел Андреевич.
Мужчина промолчал. Однако в этом красноречивом безмолвии легко угадывалось все, что он хотел бы сказать сейчас.
— Шеф, возвращаемся? — негромко поинтересовался телохранитель.
Беспокоиться смысла он не видел. Им вполне доходчиво показали, что никакого резона дергаться нет. А волноваться по поводу вещей, которые не мог контролировать лично, Федор считал делом очень непродуктивным.
— Нет, — ударил негромко ладонью по столу старший Мышкин. — Едем по плану… в смысле, через Старицкий.
Если верить собеседнику, то неделя у них имелась. И Юрий Васильевич решил, что «экскурсия» поближе к природе его дочери не помешает. А чтобы ее ничто не отвлекало от этой самой «близости», отец намеревался лишить «Рину» комма. Вот только узнать об этом она должна была в конце пути.
* * *Константин Ильич поставил перед собой бокал с коллекционным бренди и глянул на графин, принесенный референтом.
— И что все это значит? — задумчиво выдавил он сквозь зубы."
"Его помощник, прекрасно понимая, что вопрос звучит риторически, предпочел упражняться в демонстрации верноподданнического вида. Впрочем, хозяин кабинета действительно ответа не ждал.