В глазах молодой красноволосой девицы в фирменном передничке мелькнуло сочувствие. Ей тоже казалось, что подвыпивший мажорчик вряд ли просто так отступится. Тем более, при своих дружках. Впрочем, ее дело маленькое.
— И шампанское верните, пожалуйста, — чуть печально улыбнулась миловидная женщина, привычным движением убрав постриженные каре волосы.
К удивлению обеих парнишка мужественно воспринял отказ. Даже позволил себе встать и, не без некоторого труда, но все же вполне уверенно, шутовски раскланяться.
Вера даже радостно захлопала в ладоши, чем изрядно удивила мать. Восьмилетняя девочка обладала слабым Даром эмпата. Раз она так прониклась к юноше, то, может быть, не совсем он и пропащий. Знакомиться Римма с ним, конечно, не собиралась. Слишком уж очевидна была разница в возрасте. Но все же…
Официантка же с облегчением вздохнула. Она вместе со всеми радовалось такой развязке. Тем более, несостоявшийся Дон Жуан презентовал бутылку очень даже приличного игристого ей самой.
— Хороший? — негромко спросила она, оборачиваясь к уже успевшей засунуть очередную ложку с мороженым в рот дочери.
Та солидно, как всегда, стоило зайти разговору о ее даре, покачала головой.
Вот теперь Римма удивилась по-настоящему. Обычно Вера очень настороженно относилась к людям, которые не попадали под ее личное определение «хороший».
— Плохой?
Девочка еще активнее замотала головой, что вкупе с хлестнувшими по лицу косичками и так и оставшейся во рту яркой ложечкой смотрелось довольно смешно.
— Сильный, — коротко охарактеризовала девочка, вдруг замерев и прищурив серьезные глазки.
— А кто плохой? — привычно переспросила Римма, которой эти симптомы были прекрасно знакомы. Она их видела уже не раз.
Вера медленно достала ложку изо рта и тихо шепнула:
— Они…
Девочка явно была напугана. Настолько, что даже отбросила в сторону ложку, забыв про мороженое.
Римма оглянулась. На глаза ей тут же попалась зеркальная стена кафе, в отражении которой прекрасно было видно входную группу… и четверых молодых людей в темных костюмах. Эти выглядели куда приличнее отдыхающей компании. Однако отчего-то женщину вовсе не успокаивали белые рубашки, пиджаки и идеальные стрелочки на брюках, «ломающиеся» только над начищенными до блеска ботинками.