— Я вам ребят из «массовки» оставлю, — решил-таки Вожак.
Валькирия благодарно кивнула. Отчего именно она вела «переговоры», а не Князь, парень так и не понял. Однако был уверен, что старшие товарищи и сами знают как лучше.
На то седой только кивнул и покинул дорогую квартиру.
— Хм, — выдал Павел и сделал шаг к кабинету хозяина квартиры площадью этак в четверть квадратного километра.
— Аккуратнее, — придержал его за руку Гладь, оказавшийся рядом.
— Не запнись, — тут же припечатала милая девочка Настенька, особых эмоций по поводу происходящего не испытывавшая.
Волконский вздохнул. Он и впрямь едва не наступил на руку мужчины в темном пиджаке. О причинах смерти гадать не приходилось. Пулевое ранение было налицо. В смысле, кто-то не поленился проконтролировать, судя по валяющейся рядом «трещотке», охранника выстрелом в голову.
По пути в кабинет таких тел обнаружилось еще четыре. Причем, судя по всему, все они бежали к кабинету, когда их настигла смерть, а вовсе не от него ко входной двери.
— Грубовато сработали, — прокомментировал Князь.
Павел мысленно кивнул. Кто бы это ни был, все случилось примерно за полчаса до их приезда. Парень не поленился сам осмотреть одно из тел. Так что сказать мог с уверенностью — опоздали.
Сам хозяин квартиры обнаружился на своем кресле. Кажется, атаки он не ожидал. Во всяком случае, лицо его выглядело чуть удивленным. Можно сказать, что вполне мирным. Если бы не аккуратное входное отверстие во лбу. Это если не присматриваться к спинке кресла. Судя по всему, на выходе (что за боезапас такой?) пуля буквально разворотила заднюю затылочную кость, «выплеснув» содержимое черепной коробки на светлую кожу дорого кресла.
Павла замутило. Особенно нехорошо ему стало от мысли, как именно можно использовать подобную ситуацию.
— Князь, Тишь, — негромко позвал он коллег. — Мне… нужна ваша помощь.
Командир и штурмовик внимательно выслушали своего коллегу. Первый, в принципе, не возражал. А вот Валентина нахмурилась.
— Продолжим учиться, Шут, — негромко выдохнула она.
Павел с некоторым трудом кивнул. Учиться так учиться. Вот только дело прежде всего.
— Значит так, слушай как именно ты это сделаешь!.. — объявила культуристка.
Волконский выслушал. Еще секунд тридцать боролся с отвращение и некстати подкатившей тошнотой.
— Готов, милый? — почти нежно улыбнулась Тишь, едва парень поднял взгляд.
— Готов, — чуть глухо, но вполне уверенно кивнул он.