Графский сын на миг склонил голову и со всеми поздоровался. Остальные ответили тем же. Какой бы ни была ситуация, но вежливым нужно быть обязательно. Особенно с представителем старой аристократии.
— Итак, — объявил парень. — Семья Матвея арендует у меня цех. Согласно последнему допсоглашению, до окончании срока аренды его и прилегающая территория считается вотчиной Воронцовых. Как ты сказал, Демид?
Глава сжал зубы, стараясь сдержать всю ту ярость, что просто разрывала старого «медведя» изнутри. Он просто не понимал, как этот «сопляк» смеет издеваться над ним.
— Ты же знаешь, «если хоть один человек с оружием и форме», — напомнил Главе его же слова парень, и, указав на того самого десантника, что до сих пор стоял со штурмовой винтовкой в руках, закончил. — Вот он пересек границу.
Все оглянулись. На того самого «туза». Тот замер под тяжелыми взглядами такого количества «небожителей». Да, он был отличным «рубакой». Но к такому его жизнь не готовила.
От такого «вероломства» Юсупов на несколько секунд выпал из реальности, после чего выпалил:
— Так ты же сам!..
— Что сам, Демид? — хмыкнул Павел. — Заставил тебя отправить бойца туда.
"Мужчина негромко икнул, оглянувшись на «коллегу». Но Волконский и сам молчал, пораженный глубиной той задницы, в которую отправил «уральцев» его племянник. Продолжит утверждать в стиле «Так это он!» и… от его репутации и следа не останется. Ну как можно всерьез работать с человеком, людей которого, в его же присутствии, любой пацан может запросто «шпынять»… Равно как и его самого, получается.
Естественно, Глава все это понимал. На обвинение он не нашелся что сказать.
— Знаешь, что это значит? — поинтересовался юный Волконский.
Юсупов знал. Но все же негромко спросил неожиданно пересохшим ртом.