— В их число попала и моя Семья. Этим человеком был завербован родной сын главы юридического отдела Илья Даниилович Волконский.
Игорь Георгиевич сделал небольшую паузу, чтобы глотнуть воды и дать гостям осознать уже сказанное. Надо сказать, что Юсуповы с задачей справились. Правда, напряглись оттого еще серьезнее. Все-таки не каждый день Глава условно-дружественного клана вот так вот запросто выносит сор из избы.
— Попытка вербовки была вскрыта Павлом Анатольевичем, начавшим контригру.
Слово «начавшим», то есть, самостоятельно принявшим решение на таком уровне, тоже никто не пропустил.
Светлана на их фоне как всегда смотрелась надменной и строгой… Ледяной королевой.
— Работа в отношении Волконских была признана провальной, — продолжил Игорь Георгиевич. — А потому этот… человек отдал приказ на ликвидацию Ильи Данииловича, а так же известных Павла Анатольевича и Светланы Анатольевной.
После того как речь хозяина дома смолкла тяжелая тишина стояла еще целую минуту.
— Игорь, — вздохнул «уралец». — Говори… Скажи прямо. Что происходит?
— Этот человек представился Кириллом Юрьевичем… — на миг Председатель Правления замолк, но тут же закончил. — Юсуповым.
Это был удар. Серьезный. И он выбил на секунду или две гостей из колеи. Все это время бездушные фиксаторы и опытные профессионалы цепко считывали малейшие нюансы реакций.
— Игорь, — наконец чуть глуше чем обычно выдавил из себя Демид Николаевич. — Ты в это веришь?
— Ты у меня в гостях, Демид, — чуть уклончиво, но все же обнадеживающе ответил Глава Волконских.
Собеседник кивнул.
— Думаю, стоит отложить наши переговоры на несколько часов, — негромко предложил он.
— Согласен, Демид Николаевич, согласен, — словно перешел на «протокольный» тон глава дома.
Юсуповы ждать себя не заставили.
— Светлана, — с редкими для него эмоциями выдохнул Анатолий Георгиевич, бросаясь к дочери, едва дверь закрылась.
Из девушки словно выпустили воздух. Она обмякла в кресле.
— Все в порядке, — негромко произнесла она. — Просто… дайте мне час.
Георгиевичи кивнули и отступили. Девушка держалась прекрасно. А помочь они ей сейчас ничем не могли.