Гимнасточки.

Она старалась сделать мужчине, как можно приятней, облизывала, щекотала, глубоко, почти до горла, запускала горячий член. Так глубоко, что поперхнулась и выпустила его наружу. И тут же ротик Ксении вобрал его, усердно теребя его своим язычком и зубками. От такой игры девушки сами очень возбудились, их пробила томительная дрожь. Естественно, что эта игра еще больше возбудила учителя. Он нагнулся и, руками приподняв Наташу, легко, словно куклу, поднял и точно опустил стройное тело на свой стержень, лицом к лицу. Наташа, виляя своей круглой попкой, принялась размашисто двигаться на стержне учителя, насаживаясь порою так глубоко, что член касался матки.

Руки физрука ласкали поочерёдно её зад и грудь. Возбужденную предыдущим минетом Наташу, скользящий внутри неё, горячий, живой стержень вывел на пик блаженства буквально за минуту. Вцепившись руками в руки мужчины, она замерла, словно натянутая струна, а потом судорожно и сладостно затрепетала бёдрами. Дав ей несколько секунд насладиться оргазмом, Владимир Михайлович, снял её с себя, как перчатку, осторожно опустил обессиленную Наташу на пол, и тут же, схватив за упругую попку, потянул на себя Катю. Она, ловко перебросив свою ногу, оказалась на месте подруги. Её задик ритмично запрыгал на стержне учителя, а тяжелые груди при этом шлепали по лицу физрука. Он одной рукой схватил за её бедро, притягивая к себе и замедляя ритм, а другой мял её божественные сиськи, придерживая их колыхания. Катя тоже, как и Наташа, была крайне взвинчена и вскоре, громка застонав, заскакала, нанизываясь, и с долгим стоном застыла. Владимир Михайлович быстро скинул с себя и опустил её рядом с Наташей. Ксения нетерпеливо перекинула свою длинную ножку и точно села щелкой на поршень учителя. Как только член вошел в неё на всю длину, Ксюша выгнулась дугой. Перед лицом физрука оказались стоящие торчком груди, и он приник к ним губами. Ксения начала двигаться на члене, быстро увеличивая темп. Тесные стенки пещерки плотным кольцом охватили ствол и скользили по нему всё быстрее, словно выдаивая его. Владимир Михайлович почувствовал, что его надолго не хватит. Он, собрав всю свою волю, сжав зубы, поджидал её оргазма. Запрокинув голову, он откинулся на спинку кресла, держа руками тугую попку Ксюши, а та яростно скакала на нём, закрыв глаза и закусив губу. Волна оргазма сладкой судорогой сотрясла её тело. Волосы разметались по её плечам, упругие мячики грудей пружинисто подскакивали в такт движениям, дыхание её стало прерывистым и хриплым.