"
"Клановец метнулся вперед молча, словно питбуль. Он буквально распластался над землей и… пролетел дальше. Мышь вцепилась в воротник парня и использовала ногу как рычаг, перебросив через себя его тело.
Удар был силен.
— Хах! — рухнул на спину Волконский.
Падение вышибло воздух из легких. И вообще, несколько секунд понадобилось Павлу, чтобы сообразить, на каком он сейчас свете.
— Жив? — негромко спросила Настя.
Ее дыхание обожгло щеку.
Парень повернул голову вправо, поймав взгляд девушки.
Пальцы соперницы разжались, отпуская куртку.
Они лежали на земле «валетиком», глядя друг на друга. Кто-то рассмеялся первым. Через секунду смех охватил обоих. Так прошло две минуты.
— Хах, — решила Мышь, через какое-то время, изворачиваясь на земле таким образом, чтобы улечься рядом с Волконским и положить голову ему на плечо.
— Сколько? — негромко спросила она.
— Две минуты до контрольного, — ответила в наушнике Тишь.
Сразу обоим.
— Считай, поймал, — выдохнула девица, поудобнее устраиваясь на недавнем сопернике.
Тот хоть и боролся с желанием удивленно спросить: «Ты чего⁈», попыток вырваться не предпринял.
— Его счастье, — философски сообщила Валентина. — Конец связи.
Тоновый сигнал в наушниках молодых людей оповестил о разрыве соединения. Некоторое время они лежали молча.
— Что она пообещала тебе в случае провала? — поинтересовалась Настя наконец.
— В следующий раз побегу в бронежилете.
Чего тут скрывать-то?
Еще некоторое время Мышь восстанавливала дыхание. В ее «объятиях» тем же самым занимался и Волконский.
— Хорошо, — наконец решила она. — Я помогу.
Павел промолчал.
— Будешь должен.
Шут кивнул. Девушка прекрасно почувствовала движение.
— Позвоню завтра, — резко решила снайпер.
Павел не успел поймать ни мгновение, ни девушку, как она плавным движением вскочила на ноги и не оглядываясь потопала в куда-то в сторону леса.
А клановец остался лежать.
— М-да, — решил он и прикрыл глаза.
Ему срочно требовалось собраться с мыслями.
* * *Сутки спустя.
— Отвали, нищер!
Павел ждал.
Молодой человек на миг сощурил глаза, представляя, как его кулак врезается точнехонько в челюсть придурка, и… поднял руки в сдающемся жесте.
Миролюбивая демонстрация левой ладони, зажатого правой стаканчика кофе и извиняющейся улыбки борова не успокоили.
— Отошел, дебил! — потребовал он вновь.
Клановец огляделся. Места для парковки вполне достаточно. Но не для эго чуть «приподнявшегося» хама.