«Восемь», — всплыло в голове прошедшего перед палаткой «морга» Николая Ивановича количество тех, кому было невозможно сегодня помочь.
Именно «невозможно» — будь хоть малейший шанс, доктор бы «вытащил» каждого, но…
Тряхнув головой, Николай Иванович выбросил ненужное из головы. Просто устал. Сейчас он вернется к себе в личную палатку, где адъютант уже приготовил бадью с горячей водой, хорошенько вымоется и проспит свои законные десять часов — такой график смен он с коллегами установил на условно-мирные дни, когда из-за отсутствия больших наступлений на вражеские позиции санитарные потери, прости-Господи, невелики.
Усталость обернулась хандрой, и выпускник некогда открытого Георгием Романовым медицинского университета прибег к верному средству борьбы с ней, вспомнив студенческие годы. Особенно — первый, когда он из деревни попал в настоящий дворец. Сколько часов они с другими первокурсниками бродили по дышащим самой Историей коридорам с открытыми от удивления ртами? С каким уважением, вниманием и прилежанием слушали преподавателей и старательно конспектировали каждое их словечко, крепко-накрепко запомнив слова Его Императорского тогда еще Высочества Георгия:"
"— Вы, господа (господа!), не просто будущие доктора.
Ну а потом, когда первая робость спала, вчерашние мальчишки принялись выбираться в Петербург, и уроки стали сменяться заслуженным отдыхом и буйными пирушками в дешевых кабаках.
Увы, построить научной карьеры после выпуска или даже попросту поработать в поликлинике (так теперь называют больницы) или в частном порядке Николай Иванович не успел — пришла война. Нет, докторов, слава Богу, в Империи нынче хватает, и без Коли бы справились, но старшему брату-Пашке попала вожжа под хвост, и тот завербовался в войска. Усидеть на месте Николай Иванович не смог и отправился следом, и неважно, что направили его на совсем другой фронт — старший брат ныне «воюет турка», а средний не забывает за него молиться и выполнять служебный долг так, как и положено выпускнику престижнейшего медицинского университета Российской Империи.
— … Вошли в Бельгию, дабы использовать ее территорию для обхода основных оборонительных рубежей Франции. Нейтралитет Бельгии, гарантировавшийся Лондонским договором 1839-го года таким образом оказался плохой защитой.