"
"Начало того, что в этой реальности придет на смену Вердену, можно уже сейчас наблюдать на Западном фронте. Конкретно — битва за Люксембург и его агломерацию. Попытка Вилли обойти через Бельгию основные линии французской обороны, которая в «оригинальной» реальности увенчалась пусть не быстрым, но успехом, в реальности этой забуксовала, споткнувшись о не менее могучие линии обороны, которые бельгийцы успели отгрохать при поддержке французов и австрияков. Траншеи, бетонные бункеры, артиллерийские и стрелковые позиции, длинные ряды колючей проволоки и прочие «полевые» радости даже упоминать не стоит.
Не только моя армия училась современной войне на «Британском полигоне» — это делали все, и Французы с Австрияками в том числе. Городские бои — страшная вещь, и именно в них собираются заманить немецкую армию враги. Здесь мы Вильгельму помогать не станем, и немцам придется с этим смириться: моих солдат даже на Пражском направлении согласно предварительно расписанному «кто, когда, где и как обязан помогать союзнику» быть не должно, и виноваты в этом сами немцы: давным-давно, когда коалиция на Большую войну только сколачивалась, кайзер и его генералитет с вершин своего высокомерия самолично «пропололи» союзный договор, минимизировав необходимость участия «чужих» армий за пределами заранее оговоренных фронтов.
Вот такая ситуация сложилась в Европе к понедельнику финальной недели августа, когда ко мне на прием приперся американский посланник, чтобы немного пообщаться на тему Панамского канала. Присутствует и посланник немецкий — собственность-то у нас с Вилли общая.
Американцы свой откровенно авантюрный ультиматум выдвинули правильно — так, чтобы о нем знал строго ограниченный круг уполномоченных людей. Не изобрели они пока свою фирменную «шоу-политику», и американский президент не строчит в Интернет грозные посты при каждой свободной минутке. Говорить и важном в кулуарах нужно хотя бы затем, чтобы иметь возможность провернуть назад собственный «фарш».