Желает с отчима долги стребовать? Так у этого заядлого игрока ветер в кармане. Физиономию ему подпортили и хватит. Впрочем, не моего ума дело».
Не желая мешать разговору, мужчина подошёл к открытому окну. Смахнув с подоконника снег, немного подумал и решил не закрывать створку. Теперь Лицин понимал, почему родовитая дворянка так… воняла. После близкого знакомства с трупами от него самого пахло ничуть не лучше.
Внезапно жар стыда опалил щёки Ивана Ивановича. Ему стало совестно за свой иррациональный страх перед покойниками.
«Мертвяки не угрожали, не рычали, не пытались откусить голову. С чего вдруг повёл себя как сопливый мальчишка⁈ Не мёртвых надо бояться, а живых», — сердито сопя, тридцатилетний мужчина буравил взглядом поваленные ворота.
И втайне надеялся, что юная Александра не заметила его трусости.
— Доброе утро, — послышался негромкий голос Александры. — Анатолий Фёдорович, искренне вам признательна за беспокойство и участие. Поездка в полицию отменяется. У меня на руднике случился форс-мажор.
«В полицию? Что случилось?» — управляющий делами Апраксиных мгновенно насторожился.
— Открылась аномальная зона. Территория оцеплена, помощь не требуется. Спасибо, — невозмутимо произнесла девушка, очевидно, отвечая на вопросы. А после, тщательно подбирая слова, продолжила: — Что касается явки по повестке. Меня заверили, что проблема полностью урегулирована.
«Претензий нет — это хорошо. Но какая сволочь успела настрочить на неё донос? Неужто Антон Леонидович осмелился? Мало ему рожу расквасили!» — волнуясь за хозяйку, Иван Иванович не удержался и обернулся.
Восемнадцатилетняя девушка стояла, прикрыв глаза пушистыми ресницами. Прижимая трубку к уху, она с непроницаемым лицом слушала адвоката.
— Поживём-увидим, — спокойно обронила Александра и спросила юриста: — По поводу обеда у графини.
Положив трубку на аппарат, Александра Петровна села за стол. Жестом предложила растерянно-озадаченному мужчине кресло. Как только тот сел, подтянула к себе чистый лист бумаги, взяла карандаш и начала что-то быстро писать.