Я тактично отвернулась. Немного подумав, направилась к дивану. Усевшись, устроила на бёдрах «временное обиталище» домовому. До ушей доносился громкий шёпот Вари. Глотая слёзы, она рассказывала Кони о том, что с ней сегодня стряслось. А точнее: жаловалась.
От нечего делать я рассматривала холл. Рассеянный, приглушённый свет, как и прежде, создавал уютную атмосферу. Но сейчас видела то, чего прежде не замечала: выцветший рисунок на обоях; истёртые башмаками ступени лестницы; змеящиеся по потолку чёрные нити трещин."
"Хозяйка гостиницы упоминала, что делала ремонт недавно.
Взгляд зацепился за паутину в углу, под потолком. Я глубокомысленно воззрилась на сапог.
«Або, а как выпустить домовых?»
«На втором этаже есть большой стол. Поставишь сапог в центр, потом про себя скажешь, что дом твой, но в нём не живёшь.
«Поняла», — ответив ушастику, покосилась на мужчину с женщиной. Варвара уже стояла. Кони ласково поглаживал её по плечу, что-то неразборчиво говорил.
Всё понимаю, но, ей-богу, надоело. Пойду хоть домовых что ли выпущу. Нечего понапрасну время терять.
Я встала с дивана, решительно направилась к лестнице.
И тут меня окликнула Варвара:
— Александра!
Обернувшись, я вопросительно подняла брови. Миловидная женщина покраснела, смущённо прикусила губу. Обменявшись с юристом быстрым взглядом, она неожиданно взяла его за руку, торопливо подошла ко мне.
— Анатолий ещё вчера рассказал, что ты глава боярского рода Апраксиных. Обрадовалась, так тебя сегодня ждала! Но день с самого утра не задался, вся на взводе. А тут ты появилась из воздуха.