Она перестала целовать его по утрам, когда будила, но Родислав этого даже не заметил. Она стала очень внимательно продумывать вопросы, которые задавала ему, чтобы не заставлять его выдумывать излишнюю ложь: никаких подробностей про партсобрания, банкеты, юбилеи, затянувшиеся заседания отдела и местные командировки. Она не настаивала на том, чтобы он приводил в гости новых сослуживцев, потому что понимала: эти люди, скорее всего, знают любовницу Родислава, и им будет неловко смотреть Любе в глаза. Конечно, она по-прежнему радовалась, если муж приводил в дом гостей, и была все такой же радушной и хлебосольной хозяйкой, но при этом ее постоянно грызла мысль: «Они все знают, и они тоже сравнивают меня с ней.
"Ей теперь все время было больно. И ей казалось, что никогда она не любила Родислава сильнее, чем в этот первый месяц его новой любви.
* * *– Любовь Николаевна, вы на автобус?
Ее окликнул Олег из отдела снабжения, молодой красивый парень, который постоянно оказывал Любе знаки внимания, то пропуская ее вперед в очереди в заводской столовой, то помогая нести тяжелые сумки с продуктами, которые она покупала в свой обеденный перерыв, то таская для нее ведра с водой во время общезаводских субботников.
– На автобус, – ответила Люба, оглядываясь и чуть замедляя шаг.
Этот парень ей нравился своей непосредственностью, открытым взглядом и ласковой улыбкой. Все в планово-экономическом отделе, где работала Люба, подшучивали над его детской влюбленностью, но сама Люба эти разговоры всерьез не принимала.
– Смотри, Любаня, он же глаз с тебя не сводит. А глазищи-то! В них прямо утонуть можно. Пробросаешься.
– Перестань, – поморщилась тогда Люба. – Он моложе меня лет на пять, а то и больше. Ну что такого необыкновенного он может во мне увидеть? Вон сколько девчонок молодых вокруг – не мне чета.
– Я ничего не выдумываю, – очень серьезно ответила Наталья. – С каких это пор ты перестала быть молодой девчонкой и записалась в старухи? И вообще, дело не в возрасте, возраст в таких случаях никакого значения не имеет.
– А что имеет? – равнодушно спросила Люба.
Ей вовсе не был интересен ответ, просто нужно же было поддержать разговор, чтобы не обидеть Наташу.
– Желание. Только желание имеет значение.