Слово Камню понравилось, и теперь они с Вороном, выбирая себе героя и отслеживая его жизнь, тоже считали, что смотрят сериал. А что? Разве не похоже?
С предложением насчет сериала Ворон с удовольствием согласился и немедленно расправил крылья.
– Ну так чего, я полетел, что ли?
– Давай, давай, лети.
– А куда? Есть идеи?
Камень призадумался. В последний раз они смотрели про жизнь какого-то египетского фараона, кажется, Эхнатона, а до этого у них в работе была история белошвейки из французского Средневековья.
– Может, куда-нибудь в начало компьютерной эпохи? – неуверенно проговорил он. – Там всегда интересно, интеллектуальный конфликт поколений, и все такое.
– Чего там?! – Ворон вытаращил на приятеля круглые блестящие глазки. – Какой конфликт?
– Интеллектуальный, – терпеливо пояснил Камень. – Одно поколение выросло без компьютеров и без Интернета, а уже их дети и внуки всем этим вовсю пользуются, соответственно, у них совершенно разный темп жизни, менталитет, уклад.
Камень был мыслителем, даже где-то философом. Он всю жизнь лежал неподвижно на одном месте и видеть мог только то, что находилось в непосредственной близости от него, посему всю мощь недюжинных мозгов направлял исключительно на анализ информации, поступающей извне, ничем другим заниматься он не мог по определению.
– Тоже мне, нашел мальчика на побегушках, – обидчиво заворчал Ворон, подбираясь и готовясь взлетать.
– Ну и далась тебе эта середина двадцатого! – Камень даже не пытался скрыть раздражение. – Чего ты к ней прилепился? По каждому поводу туда лазишь. Медом тебе там намазано?
Ворон от возмущения аж подпрыгнул и чуть было не поскользнулся.