– Я хотела поблагодарить вас за то, что порекомендовали меня Филипу Реддингу.
– Я просто хотел быть уверен, что это дело окажется в надежных руках.
– Спасибо, ваша честь.
– Может быть, мы как-нибудь вместе поужинаем?
Дженнифер была поражена.
– С большим удовольствием.
– Отлично. Я приглашаю вас в свой клуб. Там полно таких же стариков, как я, и они не привыкли видеть очаровательных женщин. Мы их немного встряхнем.
Судья Лоренс Уолдман был членом клуба «Сенчури», и когда Дженнифер встретилась там с ним, то поняла, что слова насчет стариков были шуткой.
– Здесь не принято представлять гостей, – объяснил ей Уолдман. – В клубе бывают только известные люди.
И правда, среди присутствующих Дженнифер увидела немало знаменитостей.
Вне зала суда Лоренс Уолдман был совершенно другим человеком. Держа в руке бокал с вином, он сказал Дженнифер:
– Когда-то я хотел лишить вас звания юриста, потому что считал, что вы опозорили нашу профессию.
Дженнифер была польщена. Ей часто встречались злобные, глупые и некомпетентные судьи. Она уважала Лоренса Уолдмана. Это был блестящий юрист и порядочный человек.
– Спасибо, ваша честь.
– Когда мы с вами не в суде, может, будем звать друг друга Лоренс и Дженни.
До этого только отец звал ее Дженни.
– Конечно, Лоренс."
"Кухня была превосходной, и с тех пор раз в месяц Дженнифер обедала с судьей Уолдманом в его клубе.
Глава 31
Наступило лето 1974-го. Со времени рождения Джошуа пролетел целый год. Просто невероятно. Он уже ходил и понимал такие слова, как рот, нос, голова.
– Он – настоящий гений, – гордо сообщила Дженнифер миссис Макей.
Дженнифер готовилась к первому дню рождения Джошуа, как будто она давала прием в Белом доме. В субботу она приобретала ему подарки. Она купила Джошуа одежду, книги и трехколесный велосипед, которым он мог воспользоваться разве что года через два.
Дженнифер пригласила десяток детей вместе с их мамами. Единственным мужчиной на празднике был Кен Бэйли.