Дженнифер все время чувствовала на себе пристальный взгляд Майкла Моретти, и это смущало ее. Майкл Моретти молчал. Он предпочитал молчание словам, чувствуя в них скорее ловушку, чем средство общения. Его молчание было настолько красноречивым, что Майкл Моретти использовал его так же часто, как другие используют речь.
Когда он наконец заговорил, Дженнифер была сбита с толку его словами.
– Ненавижу собак, – сказал Майкл Моретти. – Они умирают.
Это прозвучало как откровение, идущее из глубины его души, и Дженнифер не знала, что ей ответить.
Официант принес заказанные напитки, и они пили, ведя молчаливую беседу.
Она подумала над его словами. «Я ненавижу собак. Они умирают». Ей стало интересно, каким было его детство. Она поймала себя на том, что изучает его. У него была опасная красота. В его глазах угадывалась сила, которой не терпелось вырваться на свободу.
Дженнифер не знала почему, но, находясь рядом с этим мужчиной, она чувствовала себя женщиной. Возможно, ответ был в его черных глазах, которые он иногда отводил в сторону, как бы опасаясь, что они скажут слишком много.
«Хорошо, что он не может прочитать мои мысли», – мысленно добавила Дженнифер.
"К их столику то и дело подходили люди, чтобы выразить свое уважение Майклу Моретти: бизнесмены, артисты, судья, сенатор. Он был своим человеком в мире власти и могущества, и Дженнифер почувствовала, насколько велик его авторитет.
– Я сам закажу нам ужин, – сказал Майкл Моретти. – Блюда, что указаны в меню, готовятся на восемьдесят человек. Это все равно что есть в самолете.
Он сделал знак рукой, и метрдотель тут же оказался рядом со столиком.
– Слушаю вас, мистер Моретти.
– Для начала Chateaubriand.
– Разумеется, мистер Моретти.
– Затем pommes soufflees и салат из листьев эндивия.
– Будет исполнено, сэр.
– Десерт мы закажем потом.
Управляющий рестораном прислал им бутылку шампанского с пожеланиями приятно провести вечер.
Дженнифер поймала себя на мысли, что, несмотря на внутреннее сопротивление, ей хорошо. Давно она не проводила время с привлекательным мужчиной.