Гнев ангелов

– Арестованный может быть выпущен под залог в пятьсот долларов.

– Ваша честь, но у арестованного нет таких денег. Если суд уменьшит сумму залога до двухсот долларов, он снова сможет работать и содержать семью.

– Хорошо, двести долларов.

– Спасибо, ваша честь."

"Дженнифер познакомилась с заведующим канцелярией, куда направлялись все копии отчетов о совершенных арестах.

– Опять ты, Паркер! Господи, ты что – никогда не спишь?

– Привет, лейтенант. Моего клиента задержали по обвинению в бродяжничестве. Можно посмотреть список арестованных? Его зовут Коннери Клэренс Коннери.

– Послушай, крошка, зачем тебе приходить сюда в три часа ночи, чтобы освободить какого-то бродягу?

– Чтобы не слоняться по улицам, – улыбнулась Дженнифер.

Она узнала, как работает ночной суд, заседающий в зале номер 218. Это был темный, непонятный мир со своим жаргоном.

– Паркер, у вашего клиента ПОЧКИ.

– Почки?

– Да, ПОЧКИ: попытка ограбления частной квартиры, избиение. Ясно?

– Ясно.

* * *– Я представляю мисс Луну Тарнер.

– Господи!

– Не могли бы вы сказать, в чем ее обвиняют?

– Минутку. Сейчас я найду ее карточку. Так, Луна Тарнер. Ага, вот. Прос. Ее задержал ГРОБ. Внизу.

– Гроб?

– Вы что, новенькая? ГРОБ – это Группа расследования и обеспечения безопасности. Прос – это проститутка. Внизу – значит, к югу от 42-й улицы. Понятно?

– Понятно.

* * *Ночной суд угнетал Дженнифер. Человеческая волна откатывала и вновь набегала, ударяясь о берег правосудия.

Более ста пятидесяти дел разбиралось каждую ночь.

Кого здесь только не было – проститутки, трансвеститы, прирожденные алкоголики и наркоманы. Чередой проходили пуэрториканцы, мексиканцы, евреи, ирландцы, греки, итальянцы. Их обвиняли в ограблениях и кражах, незаконном хранении оружия и сбыте наркотиков, изнасилованиях и проституции. У всех была общая черта – все они были бедными. Они были бедными, побежденными и потерянными. Это были отбросы процветающего общества. В основном – жители Центрального Гарлема, но, так как тюрьмы были переполнены преступниками, все они, кроме самых отпетых, отпускались на свободу или подвергались штрафу. Они возвращались домой на авеню Св. Николаса, Морнингсайд и Манхэттен-авеню, где на площади в три с половиной мили проживали двести тридцать три тысячи негров, восемь тысяч пуэрториканцев и примерно один миллион крыс.

Большинство клиентов Дженнифер были подавлены бедностью и существующей системой. Это были люди, давно махнувшие на все рукой.