«Давай поменяемся квартирами, – ответила она матери, когда та в очередной раз завела разговор о собачьей будке, в которой живет семья дочери, – у тебя четыре большие комнаты, зачем столько тебе одной?»
«Хочешь меня на улицу выкинуть? – побагровела мамаша и показала комбинацию из трех пальцев: – А вот и ответ».
Когда Рита в очередной раз забеременела, ее мать сбегала к какой-то бабке и навела порчу на Федора, о чем тут же злорадно сообщила дочке. Рита занервничала, у нее резко подскочило давление, ее увезли в больницу.
Чтобы самому воспитывать детей, Федя стал почтальоном, он и дети жили тихо, материальные блага для воцерковленной семьи значения не имели. Большинство ребят радовалось тому, что у них есть, и не хотели того, чего у них нет. Большинство, но не все! Первенец Лена оказалась другой. Девочка постоянно просила у отца красивую одежду, игрушки, жаловалась на невкусную еду, плакала, что ни разу не видела моря. Ее злила необходимость помогать папе, убирать квартиру, смотреть за малышами.
«Надоело! Мы нищие! Не хочу носить обноски, которые умные родители приносят в храм для таких дураков, как наш отец! Зачем нас столько? Нормальные люди рожают одного, ну двух детей. Если б я была единственной, то одна комната стала бы моей детской, в шкафу висели бы новые платья, на столе стояла вкусная еда и мама была бы жива! Мамочка умерла, потому что ты, папа, ее каждый год рожать заставлял!»
Откричавшись, Лена выбежала на улицу и пропала.
«Только теща, – объяснил Федор, – но она порвала с нами все отношения после смерти Риты».