Я убедилась, что мою жертву не видно с лестницы, и пошла наверх. А там снова оказалась на распутье. Очередные коридоры убегали налево и направо от меня. Найдя Исс-Элетуса, прикинула направление и повернула направо.
Минут двадцать мне везло. Иногда по вентиляционным каналам до меня доносились голоса рижданцев. Иногда я подбиралась к людям так близко, что видела их тени. Но, пользуясь своим даром, умудрилась незаметно пройти по этому этажу, найти еще одну лестницу и подняться по ней выше. А потом что-то изменилось.
Храм, вернее его обитатели, заволновались. Сначала мимо меня пробежал напряженный наемник, благо, я успела спрятаться от него в боковом коридоре. Потом вспыхнул досадой и мрачным предвкушением Исс-Элетус. Сосредоточились те, кто занимал какую-то большую комнату слева от меня. Словно передаваясь по цепочке, эта сосредоточенность распространилась по всей пирамиде. Что-то происходило, и было очень интересно, чем это что-то может обернуться для меня.
Забившись в самый темный угол, я сидела тихо, как мышь, и следила за тем, как все организованно движутся куда-то.
Мы поднялись еще на один этаж, прошли длинными запутанными коридорами, в которых даже тихие шаги наемников слышались особенно гулко, и попали в огромный главный холл.
Оглядевшись по сторонам, повернула налево. Мне не хотелось выходить из храма пряма за спины врагов. Мало ли, чем они меня встретят. Но, если этот храм строился по похожему принципу с остальными, где-то здесь должен быть боковой выход, незаметный снаружи.
Так и оказалось. Невысокая деревянная дверь громко скрипнула и выпустила меня во двор. Но, к счастью, этого никто не заметил.
Снаружи было раннее утро. Солнце только поднималось, разгоняя своими лучами морозную прохладу пустынной ночи. Постепенно гасли звезды, растворяясь в розовеющем небе. Вокруг, куда ни глянь, простиралось бесконечное море светло-желтого песка.
Сам храм Хашатора был поистине огромен.