Каким-то последним, отчаянным усилием он крутанул руль вправо, затем влево, тут же автоматически нажав на тормоз. Автомобиль с резким визгом развернуло и отнесло к тротуару, задние колеса перескочили через обочину, и его юзом потащило к парапету.
— Держитесь, — крикнул Карелла, и мужчины сжались в преддверии удара. К их удивлению, удар оказался значительно слабее, чем они ожидали.
Удивление еще более возросло, когда они поняли, что что-то им помешало врезаться в парапет с полного хода. Но когда они увидели, что это что-то оказалось фонарным столбом, они потеряли дар речи от изумления.
Машина отскочила рикошетом от негнувшегося стального столба, описала еще одну невероятную дугу, пролетела вперед и опустилась, наконец, на передние колеса, остановившись как вкопанная, когда тормоза намертво пригвоздили ее к земле. Мужчины в автомобиле молчали. Первым заговорил водитель.
Он произнес лишь:
— Ну и ну!
Один за другим они вылезли наружу. Кроме Клинга, который ударился головой о крышу, никто не пострадал.
Карелла подошел к стальному фонарному столбу и дружески похлопал его рукой.
— Нам всем нужно встать на четвереньки и поцеловать малыша, — сказал он. — Если бы не он… — Он бросил взгляд вниз за парапет и вытер лоб.
— Что, черт возьми, произошло? Ты понял? — спросил Клинг.
— Не знаю, — сказал Карелла. — Пойдем.
Вдвоем они подошли к водителю и патрульному, сидевшим на корточках перед машиной и, не вмешиваясь, стали наблюдать за ними.
— Точно, — сказал наконец водитель. — Так оно и есть.
— Да, — подтвердил полицейский. — Ваше счастье, что вы врезались в столб. Один тут вообще убился насмерть, не слыхали об этом?
— Что отказало? — спросил Карелла.
— Рулевой механизм, — ответил водитель. — Тот конец поперечной тяги, что справа, лопнул.
— Лопнул!.. Тут, похоже, кое-что посерьезнее, — задумчиво произнес патрульный.
— Что именно? — спросил Карелла.
— Похоже, что кто-то поработал здесь ножовкой!
* * *В три часа тридцать минут Томми Джордано и его шафер вышли из ризницы церкви Святого Сердца и прошли к алтарю. Громким шепотом Томми (уже в который раз!) спросил: «Кольцо с тобой?» Джоунзи успокоил его кивком головы.