Можно было не сомневаться, что по их возвращении в дежурку всю вину за случившееся свалят на него и легенда о том, что уже одно его участие в деле — непременный залог всяческого рода несчастий, приобретет еще больше сторонников среди полицейских.
Они вытащили свои револьверы еще на веранде дома Бирнбаума. О'Брайен стал сбоку, а Мейер повернул круглую ручку и осторожно отворил дверь. В гостиной первого этажа было сумрачно и тихо. Стараясь не шуметь, они вошли внутрь."
"— Если он здесь и собирается стрелять, — прошептал Мейер, — его надо искать наверху.
Они подождали, пока глаза освоятся с темнотой, а затем стали тихо подниматься наверх, замирая от каждого скрипа. Обе спальни на втором этаже оказались пусты.
— Он на чердаке, — шепнул О'Брайен, указывая на лестницу, ведущую вверх.
Они находились уже перед чердачной комнатой, когда во дворе Кареллы начался фейерверк. В первую минуту они решили, что началась стрельба, но тут же поняли, в чем дело, и одновременно сообразили, что их снайпер, если только он действительно находился в доме, наверняка ждал именно этого момента.
Из комнаты донесся женский голос:
— Пора.
О'Брайен оттолкнулся от стены, одним мощным ударом левой ноги вышиб замок и, подобно форварду, вместе с мячом влетающему в ворота, влетел вместе с дверью в комнату, а следом за ним, словно куотербек, кидающийся принять боковую передачу, ринулся Мейер.
О'Брайен отнюдь не собирался тут же начинать пальбу. Оказавшись вместе с рухнувшей дверью в комнате, он метнул взгляд на окно, у которого примостился снайпер с какой-то женщиной, затем на скрученного в узел Коттона Хейза, валявшегося на полу, а затем снова на окно, уже спиной к которому стояла разъяренная блондинка в красном шелковом платье.
— Брось оружие! — крикнул он, и в тот же момент мужчина, не выпуская ружья, круто развернулся. В блеске взлетавших ракет его глаза вспыхивали, как угли. О'Брайен встретился с ним взглядом и только тут почувствовал, что без стрельбы, скорее всего, не обойдется.
— Брось ружье! — крикнул он снова, следя за менявшимся на глазах лицом мужчины.