— Нападай, нападай, нападай! Именно так ты действуешь и сейчас в этом твоем деле с Бостоном, точно так же ты поступил с бедняжкой Робинзоном!
— С каких это пор Робинзон стал бедняжкой? — возразил Кинг.
— Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду.
— Я прогнал человека с работы. И что ты видишь в этом преступного?
— Гарольд каждый день кого-нибудь выгоняет, — промолвила Лиз беззаботным тоном.
— Вот видишь, — сказал Кинг. — Дорогая, если ты всерьез занимаешься бизнесом, то ты не должна задумываться…
— Все это так, но почему ты его выгнал? И как именно ты это сделал? Робинзоны были нашими друзьями.
— Друзьями? Только потому, что они несколько раз играли у нас в бридж?
— Это было далеко не несколько раз и они все-таки были нашими друзьями.
— Ну, хорошо. Предположим, что они и в самом деле были нашими друзьями. А теперь они перестали быть ими. — Кинг сделал паузу. — Он ставил меня в неудобное положение.
— Но это — не причина для того…
— Послушай, я ведь уже объяснял тебе, что он все разъездные расходы включал в цену туфель.
— И тогда ты его прогнал. Ты даже не дал ему возможности самому подать прошение об отставке.
Лиз Белью, которой уже давно надоели дома подобные разговоры, со скучающим видом полулежала на диване, все чаще поглядывая в сторону лестницы.
— Отставка? — сказал Кинг. — Какая, к черту, может быть отставка, если человек не делает свою работу как следует…"
"— А что будет, если он попытается найти себе новое место и при этом ему придется сказать своему новому нанимателю, что с прошлой работы его выгнали?
— Только уж самый круглый дурак станет говорить такое о себе.
— Ты же прекрасно знаешь, что в этом случае обязательно наведут справки у Гренджера, как бы он сам себя ни отрекомендовал.
— Ну, что же, в таком случае ему следовало подумать об этом до того, как заниматься махинациями с отделом сбыта.