По совпадению эти валуны находились чуть западнее моста, ведущего в Калмз-Пойнт, с которого, по-видимому, Бонамико и сделал этот снимок, стоя на мосту в пятидесяти футах над поверхностью воды. Они посадили вертолет примерно там, где должен был находиться “глаз Утенка Дональда” до того, как его зацементировали городские ремонтники, потом подошли к берегу, глянули на мутные воды реки Дикс и ничего не увидели. Крест Кармине Бонамико несомненно отмечал нужное место, но грязная вода не позволяла разглядеть желанного сокровища.
Это была хорошая награда за трудный день.
Артур Браун успел домой как раз к обеду. Жена встретила его в прихожей и сказала:
— У Конни лихорадка.
— Что он сказал?
— Он считает, что у нее обычный грипп. Но ей так нехорошо, Арти.
— Он дал ей какое-нибудь лекарство?
— Я как раз жду его. В аптеке сказали, что принесут.
— Она не спит?
— Нет.
— Пойду поговорю с ней. А ты как? — спросил Браун целуя ее.
— Уже забыла, как ты выглядишь, — ответила Кэролайн.
— Ну, полюбуйся, вот он я, — засмеялся Браун.
— Такой же симпатичный черт!
— Это я и есть, — сказал он и прошел в спальню.
Конни лежала в постели, подложив под спину подушку, глаза ее слезились, из носа текло.
— Привет, папочка, — сказала она жалобным голоском.
— А я-то подумал, что ты и вправду больна.
— Да, больна.
— Ты не можешь болеть, — сказал он, — ты такая красивая. — Он подошел к дочери и поцеловал ее в лоб.
— О, папочка, будь осторожнее, — сказала Конни, — а то подхватишь какого-нибудь микроба.
— Я поймаю его и прихлопну, — улыбнулся Браун.
Конни захихикала.
— Хочешь, я что-нибудь тебе почитаю?
— Да, пожалуйста.
— Что тебе больше всего хочется послушать?
— Хороший детектив, — сказала Конни. — Что-нибудь про Нэнси Дрю.
— Что-нибудь про Нэнси Дрю, — повторил Браун и подошел к книжному шкафу. Он наклонился, отыскивая полку с любимыми книгами Конни, когда с улицы донесся вой полицейской сирены.
— Па, а тебе нравятся детективы? — спросила Конни.
Браун ответил не сразу. Звук сирены растворился в городском шуме.