Если ты хочешь уйти, я, конечно, не стану тебя держать. Ты, девочка, сегодня и так сделала для непутевого отца куда больше, чем он мог надеяться. Я показал партнерам сына и публично признал его, а это, поверь, дорогого стоит. И все же я смею тебя просить еще об одном одолжении.
Я все еще пытаюсь справиться с волной стыда, накрывшей меня с головой после сказанных отцом Ильи обличающих слов, когда мужчина отводит меня в сторону и поворачивает к себе лицом. Аккуратно берет в руки ладони, игнорируя широкой спиной и отеческой улыбкой раздраженный взгляд сына.
- Да, Роман Сергеевич?
- В этом доме есть человек, который не видел Илью много лет и помнит совсем мальчишкой. Если ты решишь задержаться у меня в гостях еще ненадолго, думаю, старина Донг будет тебе очень благодарен за возможность увидеть друга. Прошу тебя, Женечка, не сбегай. Давай не станем его расстраивать. Ну, что тебе стоит?
В глазах мужчины просьба и надежда. И уже знакомая мне, проглядывающая сквозь теплоту глаз, властная решимость.
Ничего, кроме душевного равновесия и покоя.
- Вы по-прежнему уверены, что все в моей власти? - все, что нахожу сказать.
И мужчина тут же иронически вздергивает бровь:
- А ты, конечно, сомневаешься.
- Хорошо, - соглашаюсь я, уступая просьбе. Чувствуя, как для него это важно. - Останусь, Роман Сергеевич. - И наконец улыбаюсь так, как это приличествует благодарной гостье, вкусившей радости праздника и хозяйского расположения.
- Ну, вот и отлично! - громко всплескивает руками старший Люков и теперь спрашивает так громко, что его слышит не только Илья, но и рядом стоящие гости. - Ну, как? Согрелась под пледом, Женечка? Кажется, нам всем пора к теплу камина, столу и огням новогодней ели!
- Да, спасибо, - честно отвечаю я, разделяя улыбкой его настроение.