Гордая птичка Воробышек

- Какой ужас, это сколько же я проспала?!

Она убирает с колен сумку и порывается встать, но вдруг хмурится и возвращает свой тяжелый баул на место.

- Вы идите, - машет рукой, отворачиваясь к окну. - Я тут еще чуть-чуть посижу. Не обращайте внимания.

Сумасшедшая. Ей никогда не взять высоты планки, заданной себе сегодняшним ритмом жизни. Неужели она не понимает? И без того шаткий мостик, на котором она пытается удержаться в общей для всех реке, рухнет уже завтра под натиском не прощающей ошибок стремнины.

Сумасшедшая и странная.

Неказистая птичка Воробышек.

- Илья, мы так и будем здесь стоять? - осторожно трогает меня за локоть Света-Оля, или как там ее, и недовольно поджимает рот. - Может, пригласишь в дом все-таки. Здесь прохладно, - ежится в полушубке.

Я достаю телефон, набираю номер и коротко называю адрес. Вынимаю из кармана купюру и сую в руку замершей девушке. Смотрю в растерянные, удивленные глаза.

- Извини, детка, в следующий раз. Это тебе на такси, - отвечаю, разворачивая девушку к ступеням.

- Идем, провожу, - подталкиваю ее к выходу, провожаю вниз и усаживаю в подъехавшую машину.

- Кто она? - только и спрашивает Света перед тем, как я захлопываю за ней дверь и возвращаюсь к себе, и я честно жму плечом, отворачиваясь от погрустневших глаз.

- Никто. Просто залетевшая птичка.

***

Я слышу шаги Люкова на лестнице, и вновь порываюсь встать - да что же это такое! - но у меня ничего не получается. Проклятье! Я не чувствую ног, совсем, едва ощущаю начинающую покалывать кисть левой руки и с немым стоном откидываюсь назад.

И как я только умудрилась присесть на минутку, а отключиться почти на восемь часов! Господи, бывает же! Я вновь тяну сумку к себе, поворачиваю голову и встречаю уколовший меня с лестницы темный взгляд.

- Что у тебя? - лениво спрашивает Люков, ступает на площадку и подходит ко мне. Достает из кармана кожаной куртки ключи и поигрывает ими в руках.

- Все хорошо, - отвечаю я. - Я же сказала, - отвожу взгляд от парня, стараясь держать лицо, хотя руку начинает колоть нещадно, а еще ужасно хочется ее потрясти, - немного посижу и уйду.

Тебе что, жалко? - говорю тихо. - Иди домой...

- Птичка, - кривит рот Люков и садится передо мной на корточки, - ты хочешь, чтобы я тебя ущипнул? Что у тебя с ногами? - интересуется почти зло. - Воробышек, не раздражай! - выплевывает еще через секунду."

"- Ничего страшного. Отсидела, наверно, - сухо признаюсь я. - Совсем не чувствую, потому и встать не могу. Глупо...