Надо ей сказать, что если она будет так много есть, нам придется выкатывать ее из замка... – Старая Нэнси затрясла головой. – У этой женщины злой язык. И она богохульница."
"Джолин засмеялась и обняла Нэнси за плечи. Девушка решила, что будет называть ее Нэн. Нэн была такой же прямой и резкой, как и все Камероны. Эту женщину называли «старухой» и «старой Нэнси», хотя она была всего лет на десять старше Сигимора. Братья Камероны относились к Нэнси с нежностью, как к матери. И еще Джолин почувствовала, что, если она останется с Сигимором, Нэн станет ее другом и защитником.
– Бедняжка Нэн, – пробормотала Джолин. – Я бы попросила Сигимора самого обслуживать такую капризную гостью, если бы была уверена в том, что ему ничто не угрожает. А то ведь леди Барбара может схватить его, бросить на пол и вскочить на него верхом. – Нэн посмотрела на Джолин и рассмеялась. – Сейчас я пойду к леди Барбаре сама и прихвачу с собой поднос с едой и вином. – Джолин взяла Нэн под руку, и они направились на кухню.
– Вы уверены, миледи? – с сомнением спросила Нэн Джолин, вручая ей серебряный поднос с большой кружкой вина и тарелкой с хлебом и сыром. – Эта женщина хочет вашего мужа, и у нее острый язык. Она может сказать все, что угодно. И выдумать что угодно...
Джолин окинула спокойным взглядом большую светлую кухню и посмотрела на Нэн:
– Я должна задать ей кое-какие вопросы.
– Понимаю, понимаю. Эта леди была первой женщиной Сигимора. Так ведь?
– О нет! Меня сейчас не это интересует.
– У меня тоже такое ощущение. Похоже, она собирается провести здесь не одну неделю. Может, ей некуда идти?
– Возможно, но ведь она была замужем за таким богатым человеком. Сигимор как-то сказал мне, что леди Барбара так свободно обращалась с деньгами старого лэрда, что тот повесил на сундук со своим золотом большой замок.
– Но ведь ее муж мог найти детям опекунов, кого-нибудь из своих родственников.
– А если этим родственникам не понравится леди Барбара... И если у нее нет денег...