— И как вы от нее спасаетесь?
Варя подтянула колени к груди и обняла их одной рукой поверх одеяла.
— А никак. Водку жру. Только с возрастом и она уже не помогает.
— И не поможет! Это вообще сомнительное лекарство. Вы же… вы же не злоупотребляете?
— Я? Не злоупотребляю? Да еще как! Правда, недавно решил завязывать с этим делом.
— Вот и правильно. А когда вам в следующий раз захочется приложиться к бутылке — звоните лучше мне.
— И что? Ты компанию мне составишь? — усмехнулся Захар Иванович, но смутить Варю ему в этот раз не удалось.
— Да. В разговоре. О том, что вас волнует.
— Опять ты за старое, Варвара! Ничего… Ничего меня не волнует. Такой ответ тебя устроит?
— Так не бывает. В каждом из нас присутствует страх.
— И в тебе?
— Конечно. Я не исключение.
— И что же тебя гнетет?
— Многое. Например, я очень переживаю за маму. Второго инсульта она не перенесет, а если ее не станет, я окажусь совершенно одна.
— Тогда ты не за маму переживаешь. А за себя.
— Может быть, — пожала плечами Варя, подумав.
— Хорошо уже то, что ты это признаешь. А еще? Чего еще ты боишься?
— Настолько глобальный страх у меня, пожалуй, один. Остальные — какие-то совсем уж глупые и незначительные.
— Например?
— Ну, не знаю. Мне никогда не дарили цветов. Боюсь, умру, и не узнаю, как это — когда тебе цветы дарят.
— Никогда-никогда? — изумился Захар Иванович.
— Нет, — грустно улыбнулась Варя.
— Диктуй адрес!
— Что?
— Адрес свой продиктуй.
— Что именно? — ничего не понимая, Варя вскочила с кровати. Пол под босыми ногами был ледяной, но она этого не замечала.
— Свой адрес, Варвара. Соберись. Я решил прямо сейчас исправить это цветочное недоразумение.
— Я не могу с вами видеться! Вы что? Это против правил! Да и не к тому я вовсе вела, что вы такое придумали?!
— А я и не собираюсь с тобой видеться. Мы, может, вообще в разных городах живем! Тебе такое в голову не приходило?
Варя осеклась.
— Захар Иванович, не надо цветов. Правда. У вас ведь с деньгами наверняка не слишком…
— А ты мои деньги не считай! Я работу нашел, помнишь? Так что давай, диктуй адрес. Я его курьеру скажу.
Варя отпиралась почти до последнего.