На собрании через два слова на третье каждый выступающий повторял: портрет члена Политбюро, портрет члена ЦК… А, ладно, что об этом вспоминать!
— Ну вот и отлично, — удовлетворенно сказала Галия. — Будем считать, что одно персональное дело у нас уже есть, нужно придумать еще пять.
— Как — пять?! — в ужасе ахнула Ирина. — Я думала, нужно только одно собрание сыграть.
Пришлось мне опять взять слово и объяснить, что комсомольских собраний нужно провести шесть: каждый из участников квеста должен сыграть роль вожака, который задает тон обсуждению, роль докладчика, которого никто не слушает, и роль объекта всеобщих нападок.
— И чтобы жизнь медом не казалась, нужно еще шесть докладов, — добавила Галия, пряча рвущуюся наружу улыбку.
— Подождите, я не поняла, — снова заговорила Ирина. — Тон обсуждению задает кто-то один из ребят, остальные участники обсуждают как рядовые комсомольцы, правильно?
— Правильно, — подтвердила Галия.
— А мы тогда что должны делать? Какие у нас роли?
— А вы, мои дорогие, должны быть присутствующими на собраниях инструкторами райкомов и горкомов как ВЛКСМ, так и КПСС.
Галия все-таки не выдержала и расхохоталась, следом за ней заулыбались и Полина с Виссарионом, а Ирина продолжала сидеть с озадаченным выражением лица.
— Насчет докладов… Мы — инструкторы какие-то… Даже представить не могу… — пробормотала она.
— Да что там представлять! — оптимистично прогрохотал Гримо. — Один из нас будет рубить лозунгами, второй возьмет на вооружение ядовитую демагогию, а третий займет центристскую позицию, потому что молодежь жалко, конечно, но карьера дороже.
— Ой, а можно мне в центристы? — пискнула Ирина.
— А мне оставляете ядовитую демагогию? Ладно, — вздохнула Полина Викторовна. — Роли сами распишем. Галия, поможешь?
— Конечно. Вы сначала распишите роли, как вам удобно, а потом придумаем под них персональные дела. А то если мы сначала дело назначим, может получиться, что вам на этой теме развернуться негде.