Усмешка Давернетти и неожиданно серьезный тон для него:
– Мне кажется или ты так и не понял, что за штучка наша мисс Ваерти? Она не остановится, Адриан, не отступит, не смирится и никогда не простит ложь, особенно если наглое вранье будет касаться ее семьи.
– Да плевать, – как-то совершенно устало ответил лорд Арнел, – лишь бы жива осталась.
– Останется, – абсолютно уверенно сказал Давернетти, – мы же будем рядом.
– Не останется, если всплывет информация о ее происхождении.
Пауза, и мэр Вестернадана пояснил сказанное им:
– Двадцати пяти ей нет, соответственно, по законам империи для помолвки и брака требуется согласие родителей.
– И… что?"
"– Кристиан, – голос лорда Арнела стал тише и проникновеннее, – до недавнего разговора с Анабель я бы сказал «ничего». Но в отличие от нас с тобой, герцог Карио поднаторел в искусстве управления общественным мнением настолько, что я не берусь предполагать, чем все это может завершиться.
– Но там будем мы.
– Я не хочу рисковать. Только не ею.
– В чем риск? – задал конкретный вопрос полицейский.
– Если всплывет история с незаконным рождением Анабель, ее как девушку, не достигшую двадцати пяти лет, заберут поднадзорные органы. И Карио пойдет на это, потому как знает, что я ее не отдам, даже если придется применить силовые методы. Как думаешь, сколько журналистов окажется рядом в тот момент, когда Анабель попытаются отнять у меня?
Пауза, и Давернетти решил:
– Снимай заглушку, пойду найду Хостена.
И я осознала, по какой причине здесь состоялся настолько открытый диалог – я услышала его лишь потому, что в значительной степени невосприимчива к драконьей магии.
К счастью, к моему огромному счастью, мистер Хостен явился в этот самый миг. Что-то довольно мурлыкавший, он мгновенно умолк, едва узрел собственное начальство.
– Мне нужны все документы по профессору Стентону. Вся информация. Все места его проживания, кто работал в его доме, с кем он связывался в столице.