Но даже в высшем обществе один подаренный поклоннику поцелуй никоим образом не отбрасывает тень на репутацию леди. Итак?
Я вспомнила, что мне двадцать четыре, но гнев и боль за те испорченные праздники, за чувство вины, которое обернулось для меня кошмаром, они остались. И я действительно хотела бы узнать правду и вместе с тем положить конец происходящему сейчас между мной и лордом Арнелом.
– Только поцелуй? – спросила с вызовом.
– Я не расстегну ни единой пуговки на вашей одежде, если вы об этом, – с мягкой иронией ответил лорд Арнел.
"Что-то внутри меня отчаянно говорило «Нет!». Полагаю, это был инстинкт самосохранения. Но что-то глубоко в душе хотело узнать правду. И я молча кивнула, соглашаясь на сделку с дьяволом и точно зная, что мне за это еще придется поплатиться.
Лорд Арнел медленно склонился надо мной, сдерживая ироничную усмешку и явно ожидая, что я отпряну в этот же миг. Ну уж нет, сделка так сделка, и, запрокинув голову, я смиренно ожидала, по-видимому, неизбежного.
Наши губы встретились где-то между адом и раем, причем я точно знала, что нахожусь в аду и гореть я в нем после всего этого буду еще долго. Особенно если о случившемся станет известно миссис Макстон.
И совершенно напрасно я надеялась на тот самый один оговоренный невинный поцелуй. Осторожное прикосновение губ в мгновение ока сменилось властным, требовательным, полным неутоленного голода и яростного огня. Испуганно вскрикнув, я попыталась было отстраниться, но ловушка уже захлопнулась.
– Дыши, Анабель, – хрипло произнес лорд Арнел, – просто дыши…
И все договоренности полетели к чертям!
Куда-то туда же полетела моя шляпка, ленты и заколки, а сильные пальцы запутались в локонах на затылке, прижимая мои губы к его губам все сильнее, крепче, яростнее. Вторая рука Арнела обхватила талию, и дракон с силой привлек меня к себе, словно все, чего он хотел, – это не просто овладеть мной, а подчинить себе, окончательно и бесповоротно.
И мы рухнули в небо…
В этих небесах не было ничего, кроме мертвого ледяного холода бездушно сияющих звезд и ошеломительного, согревающего даже в самый лютый мороз тепла прикосновений… Прикосновений с привкусом горечи, потому что я точно знала, что пожалею об этом потом, после, но сейчас… Лорд Арнел более не целовал, он властно овладевал моими губами в безумном, опаляющем страстью поцелуе, и его страсть пробуждала огонь и во мне, огонь, который охватывал все стремительнее.