Судя по всему, он постоянно носил одну и ту же зеленую толстовку с принтом «Yellow submarine» (которая ему, похоже, очень нравилась). После рассказа Соэды я обратил внимание, насколько глубоко мальчик погружался в чтение. Открыв книгу и начав читать, он вообще переставал шевелиться. На лбу у него даже время от времени выступали капельки пота."
"Но заметил я все это только когда Соэда объяснила мне ситуацию, и я стал присматриваться к его поведению. Если бы не это, я вряд ли обратил бы на него внимание.
Его вопрос о моей дате рождения был первыми и последними словами, которые я услышал от мальчика. Как только он ее узнал (и определил, какой это был день недели), его интерес ко мне, видимо, угас.
Но однажды утром, в понедельник, когда библиотека была закрыта, я впервые увидел мальчика с желтой подводной лодкой на груди где-то кроме читального зала.
46
В то утро я, как обычно и делал по понедельникам, посетил могилу семьи Коясу и возложил на нее скромный букет. Небо было облачным, а ветер - настолько влажным, что, вероятно, в любой момент мог пойти дождь или снег. Зонта у меня с собой не было. Сначала я молча помолился за упокоение душ всех членов семьи. Пятилетний мальчик, погибший в результате несчастного случая, его мать, которая от горя бросилась в бушующую реку, и директор библиотеки, внезапно скончавшийся от сердечного приступа во время прогулки по горам, теперь обрели свой последний приют рядом друг с другом.
Затем я сел на каменную ограду перед памятником и немного поговорил с ним. Или с Коясу, чей прах лежал под этим идеально гладким куском мрамора. Время от времени птицы в соседней роще издавали пронзительные крики. Они звучали так скорбно, как будто эти птицы только что стали свидетелями гибели мира.
Я подробно рассказал Коясу о том, что произошло в библиотеке за прошедшую неделю. Как всегда, ничего особенно значительного там не случилось, но я подумал, что о некоторых вещах упомянуть все же стоит. Семидесятишестилетнему господину стало плохо, когда он читал журнал в холле.