Вынужденное вероломство выхолащивало душу…
2
В половине третьего Викентий вернулся в Москву и позвонил Столетнику. Частный детектив молчал, хотя телефон всегда был при нем. Это настораживало. Долго не отзывалась и Цхония-Бражевич, старая знакомая Викентия, защищавшая его на процессе, а после, через два года, когда его семейная жизнь дала первый сбой, приютившая ненадолго в своей квартирке на Тверской-Ямской — пока не вернулась из Англии дочь. В последний момент жетон провалился.
— Здравствуйте, Нинель Амвросиевна, — сказал он, прикидывая, как бы поскорей перейти к делу и не выглядеть при этом нахалом перед добродетельницей.
— Вик! Боже! Вы где? Как давно я вас не слышала! Вы в Москве?
— Ну да, да, конечно. Только далеко я, в Тимирязевском. Вы меня извините, я собирался зайти, да все было недосуг…"
"Он действительно собирался нанести ей визит, но не во вчерашней же нищенской ипостаси: высокообразованный, интеллигентный адвокат, она не должна была видеть его падения, слишком много хорошего, доброго он почерпнул для жизни из их бесед за чаем с вишней — может, благодаря этому и выжил.
— Викентий! Вы же знаете, двери моего дома…
— Спасибо, спасибо… Я зайду на следующей…
— Вы опять на нелегальном положении? — полушепотом спросила она.
Викентий невольно улыбнулся — наивный вопрос человека, не искушенного в практике оперативки.
— Да.
— Я могу чем-то помочь?
— У вас есть под рукой справочник московской коллегии?
— Ну конечно, есть.
— Мне нужен адрес Мезина М.И. Адрес и телефон.
— Мезина?.. Минуту, если он член коллегии…
— Да, да, это проверено, откройте букву «М».
— Вы сказали, М.И.?.. Да, есть такой, Моисей Израилевич, улица Лесная… — она продиктовала адрес и телефон, воскликнув: — Боже, да это же совсем рядом с моим домом!
Но в цепкой памяти Викентия уже всплыл другой адрес: там же, на Лесной, проживал Анатолий Ильич Майвин. Впрочем, у Давида — строителя фешенебельных коттеджей могло быть много адресов.
— Спасибо, — сказал Викентий. — Извините меня, мне очень некогда.
— Я понимаю, Викентий. Удачи вам. Если что…
— До свидания.
Викентий еще раз набрал Столетника, но связи не было. Он позвонил по запасному телефону: женщина, которая сняла трубку (видимо, жена этого Каменева) сказала, что Женя не звонил, и где он — она не знает.
Ехать на Первомайку было бессмысленно, как и наносить визит адвокату Мезину, не будучи уверенным, что там не побывал Столетник.