Горсть патронов и немного везения

Давай, что там у тебя?

Савчук загадочно улыбнулся и перевел взгляд на Стаса Зубарева.

— Вас интересует дело Балашовой? — усевшись, с достоинством заговорил тот. — Но учтите, господа сыщики: авторское право я застолбил. Завтра оформлю в литагентстве, так как подобного случая в практике сыска еще никто не зафиксировал.

Зубарев писал детективы и даже публиковал их с продолжением в газете «Опасный поворот», но врать не умел, поэтому писатель из него получался никудышный.

— Две минуты, — посмотрел на часы Каменев.

— Что… две минуты?

— Ты отнял у меня две минуты!

Зубарев обалдело посмотрел на старшего опера и встал.

— А вы у меня — уже пятнадцать, — повернулся и пошел к двери. Задержался на секунду: — Очень сожалею, но без разрешения следователя Шапошникова оглашать подробности расследования не имею права.

И вышел.

Савчук очень испугался, потому что Каменев покраснел и желваки ходуном заходили на его скулах; стажер вообразил, что будет, если один из его сжатых кулаков опустится сейчас не то что на чью-нибудь голову, а хотя бы на стол…

— Зря вы так, — робко произнес он.

 — Я его случайно перехватил и уговорил прийти сюда, а вы…

— Заткнись! — рявкнул Каменев, кроша табаком на полированную крышку стола. — Зря, не зря!.. Тер-рпеть ненавижу этого писателя! Авторское право!.. Бля такая!..

Он закурил, лязгнув ключами, достал из сейфа бутылку, допил остававшиеся сто граммов прямо из горлышка и шумно вздохнул.

— Плевать мне на его детективы, — сказал, несколько успокоившись, и, по-американски скрестив ноги, положил их на стол.

 — Сейчас я позвоню Стучкову и брошу ему идею объединить дела этой Балашовой и Матюшина. Тогда посмотрим, у кого окажется авторское право!.. Черный кот долбаный!..

Стажер смотрел на Старого Опера с нескрываемым восхищением и загадочно улыбался.

— Чего лыбишься, как одиннадцатый номер галош?

— Не надо звонить Стучкову, Сан Саныч. Потому что, хотите вы этого или нет, дела Матюшина Алексея Петровича и Матюшиной Анастасии Емельяновны, его родной тетки, Балашовой по мужу, все равно придется объединять.

Каменев не вскочил, но ноги со стола все же убрал:

— Точно?!

— Да.

— А словесный портрет?

— Фото я размножил и отдал экспертам. Очень похожа.

— «Похожа»!.. Когда ты уже научишься отличать похожих от идентифицированных? — проворчал Каменев, но в ворчании его чувствовалось одобрение. — Ты зачем ко мне этого писателя приводил?

— Он из группы Шапошникова.