. Он слишком много знает и уж если предъявит мне счет — придется платить.
Капитонов почувствовал решительный настрой босса.
— К тому же у него дискета. Так что эта пустяковая цена за Бориса, я думаю, не последняя.
Снова зазвонил телефон, приносивший в последние дни только лишь неприятности.
— Слушаю! — неохотно снял трубку Майвин.
— Здравствуйте, Анатолий Ильич, — раздался чей-то полузнакомый голос. — Это Решетников.
Майвин оживился, прикрыл ладонью микрофон.
— Решетников! — бросил Капитонову.
Тот метнулся в дальний угол, где стоял шкафчик с анализатором, прижал к уху наушник и включил цифровой индикатор.
— Чего ты хочешь? — не сумел скрыть раздражения Майвин.
— Хочу предложить обмен.
— Можешь забрать ее себе, понял?!
Капитонов покачал головой: «Не делай этого!»
— Мое дело предложить, ваше — отказаться, — выдвинул Решетников альтернативу. — Я сумею распорядиться кассетой, на которую она наговорила много интересного.
— Как?!
— Продам на «Мосфильм», они сделают по ее рассказу кассовую картину.
Майвин растерянно посмотрел на Капитонова, но тот лишь плечами пожал: анализатор не работал. Решетников говорил по сотовой связи с надежной защитой.
— Сколько? — тянул время Майвин.
— Думаю, двух миллионов будет достаточно.
— Двух… двух миллионов… чего?!
— Ну не рублей же, Анатолий Ильич.
Майвин раскрыл рот, словно намеревался перекусить трубку пополам, но Капитонов, в тактике подобных переговоров знавший толк, приложил палец к растянувшимся в улыбке губам и кивнул.
— У меня нет таких денег! — сказал Майвин.
— Найдите!
— Это невозможно! Наличными нет!
— «Риэлтер-Глобус» работает без выходных.
— Не валяй дурака, Решетников! За кого ты меня принимаешь?
— За ставленника сибирской преступной группировки, Майвин. И можешь не сомневаться, у меня есть доказательства!
Капитонов испуганно наблюдал, как с босса сползает загар, а кожа его покрывается пупырышками.
— Ку-да при-вез-ти? — звонким шепотом подсказал он следующий ход.
— Куда привезти? — машинально повторил Майвин.
— Привезите в одном автомобиле без сопровождения в Лихачевский песчаный карьер через час пятьдесят минут. Время пошло!..
Майвин зарычал как раненый зверь, изо всех сил стиснув в кулаке трубку:
— Ну, что?! Что, Пантелеймон?! Я говорил?! Я знал, знал, что одиннадцатью тысячами от него не отделаться! Я с самого начала подозревал, что они с этим «художником» заодно!
Он наполнил до краев стакан коньяком и выпил залпом до дна.