Да уж… мы стояли и смотрели на останки человека и его полуистлевшую одежду… точнее говоря, двоих людей…
Они находились внутри поваленного дерева, очевидно, что они пытались спастись там от непогоды, или от паводка. Но встретили только смерть, причём один из них спрятал в кусок своей рубахи найденные самородки…
Я подошла к небольшой тихой речушке – быть может, именно здесь работали старатели, которые мыли песок, а потом и нашли те самородочки? Только вот какой нюанс – я никогда не слышала о том, что вблизи Ораховаца добывают золото, а ведь самородки – это не то, что можно обнаружить, просто запустив лоток для промывки золотого песка в воду – это скорее, более характерно для рудных месторождений…
Мои размышления прервал подошедший Марко.
- Боюсь, что ничем помочь в данном случае мы не в силах. Эти люди погибли много лет тому назад. Их убила стихия – как обычно, хмуро обронил он – предлагаю подумать о себе и хотя бы снять основную грязь с одежды – боюсь, что мои запасы чистых рубашек исчерпаны.
- Как будто у меня нет – пробормотала я, и пошла следом за ним в воду."
"Речушка была на удивление мелкой и грязной, при малейшем волнении со дна поднимались маленькие облачка ила. Так что особо чистыми мы не стали, разве что мокрыми. Когда наш квартет, с большими усилиями вскарабкавшись по этому же склону, вернулся к своей стоянке, запах тухлой тины только усилился. Эсфирь Соломоновна потрясённо смотрела на наши хмурые лица, когда мы полезли в сундуки за одеждой, пусть и ношеной, но без аромата болота, а нашу пришлось сжечь – отстирать в этих условиях не представлялось возможным, равно как и везти с собой в город.
Первым нарушил молчание Стефан:
- Правильно ли я понимаю, что в этой реке есть золото – осторожно начал он – и кое-кто из местных знал об этом, и они потихоньку занимались незаконной добычей?
- Именно так – подтвердил Марко.
- Но что мешает нам заниматься золотодобычей на вполне законных основаниях, с разрешения государства? Тем более, что мы с господином губернатором в таких чудесных отношениях? А, ребята?! – Стеф вопросительно смотрел на наши лица без признаков воодушевления, и явно не понимал такого негатива – Мы так быстро уехали, хоть бы веточку какую сломали для опознания этого места.
- Мы уехали так быстро, чтобы тебе потом шею не сломали… без всякого опознания – не выдержал Марко.