Принц вел себя так, что заслужил даже одобрение Алисии. Он малявку только что на руках не носил... хотя нет. На руках он ее тоже таскал. Подарил сокола, учил фехтованию, Лиля только диву давалась.
Пока Амир сам не признался.
Он ведь вырос в Ханганате.
Там другие люди, другие обычаи, другие порядки. И любая женщина рядом с ним видела прежде всего принца.
А вот Мири всегда будет видеть в нем человека. И это очень важно.
Гарем?
Простите, графиня, у вас представления о гареме просто дикие. Там, между прочим, не только жены живут.
И даже если придется их завести - Мири от этого никак не пострадает. Ну, будут. Как монумент в честь победы.
Для статуса положено - вот он и стоит. А в остальном - пусть хоть по стражникам бегают, хоть самоудовлетворяются - их трудности.
Лиля покивала.
И принялась вспоминать фармакологию еще более тщательно.
Надо бы начинать принимать яды в микродозе.
Пока...
А вот именно, что пока.
***
Уехало посольство Ивернеи, дружески распрощавшись как с Эдоардом, так и с графиней Иртон. С Эдоардом прощались принцы, с Лилей - Лидия. В качестве бонуса они получили приглашение в Уэльстер - и собирались съездить туда в гости.
Сам Гардвейг пока домой не собирался. Он дожидался дочь, чтобы подписать новый договор. Лиле же от этого было не жарко и не холодно.
Траур.
Иногда она таки заезжала к королю, но вечерами и проскальзывала с заднего хода. В плаще и полумаске. Этикет...
Принцессы по-прежнему радовались ее визитам и вместе с Мири записывали сказки. Пару раз Лиля виделась с Ричардом. Разговаривали, старательно обходя ту ночь, Ричард много говорил о Джерисоне, Лиля слушала... секса между ними больше не случалось. Да и не надо было.
Они на всю жизнь останутся повязанными общей тайной. Да и не только тайной.
Лиля как в воду глядела, когда закидывала удочки о своей беременности. Когда спустя месяц красных дней календаря не последовало, Лиля не обеспокоилась. Но к концу второго месяца попросила вызвать на дом повитуху. Сама-то себя не обследуешь...
Но факт - увы.
Беременна.
От кого?
Разумеется, от мужа. И никак иначе. Благо, Джерисон был достаточно самолюбив, чтобы не распространяться о своих отношениях с обновленной супругой. И все считали, что у них - было.