Но большинству простых помещиков ранее приходилось ютиться в куда более убогом жилье. Ведь львиная доля в своих поместьях, как и крестьяне, жили в землянках. Ну или в крохотном срубе.
А тут и помещение теплое. И дрова всегда есть. И кони под присмотром. И все удобства. Например, общественный туалет был с торца каждого такого дома. Из-за чего зимой бегать на улицу не требовалось. Для нужд полка поставили ведомственную баню, в которой и мылись, и одежду стирали. Опять же – круглый год.
Но главное – за детьми присмотр.
Пока женщины сами глядели, но в будущем Андрей планировал сделать что-то вроде детского садика. Совместив ее с начальной школой и учебно-тренировочной базой.
– Скажешь, что плохо сделал? – спросил воевода у дяди Фому, когда показал и рассказал все. – Скажешь, что каждому по одному сидеть в своих нищих поместьях лучше?
– Это все так непривычно… – тихо ответил дядя, осматривая типовую комнату новой полковой общаги.
Не самая маленькая.
Примерно тридцать квадратов или около того. Есть свое духовое окно, из которого днем немного пробивает света.
Он выглянул в коридор.
Здесь горели дежурные лампы, дающие не самое яркое, но вполне приемлемое освещение. Так что ночью, выйдя на ощупь из своей комнаты, не окажешься в сплошном мраке.
Дядя Фома осмотрелся и вновь покачал головой…
– Это все так непривычно.
– Как в другую страну попал?
– Далекую. Очень далекую. Не скажу, что это плохо. Но… это… не свое.
– Пока – так. Это временное решение. Как Тулу начнем перестраивать, то для служилых домов наставим. Сначала для старшин, потом для остальных.
– Ну… может быть… хотя меня это все пугает…
– Что именно?
– Все это, – обвел рукой окрест дядя Фома. – Словно какой-то муравейник. Разве человеку должно в таком жить?
– Ты слышал о викингах?
– Ты ведь нам и рассказывал.
– Они в похожих домах жили. И не только они. Древние славяне да германцы тоже. Такие дома – большая подмога при ненастье…
– Ну…
– Не хочешь так?
– Не хочу.
– Ну так ты в крепость все равно поедешь.
– А потом? Сюда ведь.