Курс на юг, высота – ниже радарной, попробуем прорваться пока они не сообразили, что произошло. — усмехнулся я, и тут же по всему кораблю взвыли сирены, извещающие о герметизации судна. Ловко управляющиеся с панелями капитан и его первый помощник вывели корвет из ангара, и несмотря на все возмущенные запреты диспетчера что-то оравшего даже когда мы начали подниматься, корабль взмыл в небо.
25 мая 19:15. Летний дворец.
— …докладывай. — потребовал император у замершего по стойке смирно Василия Долгорукого. Старик с пышными усами выглядел словно зеленый юнец, облитый водой.
— Они ушли, ваше императорское величество. — глухо ответил старик, не в силах оторвать взгляда от мерцающих в полутьме глаз Петра.
— …ушли?.. — не веря проговорил государь. — Ты что такое говоришь, гад? Куда ушли? Ты хоть понимаешь!.. подробности, живо!
— Мы нашли брошенный автомобиль Суворовых в лесу. — тут же ответил Долгорукий. — Он сгорел, но криминалисты нашли в нем следы гвардейской формы.
— Не смогли. — проговорил Петр, в который раз за сегодняшний день прикрывая глаза ладонью. Ну еще бы, ведь и глава объединенного штаба, и глава тайной канцелярии оба сидят в казематах дворца. Как и их дети-наследники. Перехватить управление такими структурами быстро не выйдет. Да и медленно тоже. Слишком много завязано на персоналии, на их рода.
— Пошел вон. — вздохнул Петр, и тесть выскочил в коридор, захлопнув за собой двери.