Куда ближе она была к европейской, да и общая внешность, брюнетка с серыми глазами – такие в южных странах встречаются крайне редко. А то, что она достаточно хорошо говорит по-русски, ни о чем не говорит, кроме богатой практики.
— Ты мне доверяешь? — посмотрел я на Константина, и тот, едва заметно задумавшись, кивнул. — Выведите эту припадочную отсюда. Мне понадобится время и полная тишина.
— Что вы собираетесь делать? Эй, уберите от меня свои руки! Немедленно! Я обо всем сообщу в столицу! — кричала врач, но глава стражи аккуратно вывел ее, выдавив своим бронированным телом.
Ситуация была странная. Кровопотеря, но в пределах нормы, болевой шок, повреждение нервов, но даже тромбы не образовывались – хотя печень справлялась на пределе своих возможностей. И все же организм быстро приходил в негодность… словно его отравили!
— Держись княжич, наследником станешь. — пробормотал я, положив подушечки пальцев на виски, лоб и точки за ушами.
Прогонка очищенной праны по меридианам, цикличная циркуляция, дополнительный «водоворот», завязанный на меня, как на донора. Это было самым сложным, что я делал за последний год. Ни какие конструкты, излечение или экзамены, даже рядом не стояли по требуемой степени концентрации.
Только когда дыхание Константина выровнялось, а сердцебиение стало ровным и гулким, я позволил себе открыть глаза, и взглянув во двор понял, что солнце давно село.
— Как он? — спросил Магомет, и я даже не оборачиваясь я понял что впервые слышу его голос не через динамики, а вживую. Обернувшись, я увидел не молодого уже, поджарого мужчину с опрятной белой бородой и усами, но с наголо выбритым черепом.
— Его отравили, какой-то дрянью. — ответил я, встряхивая кисти рук, чтобы хоть немного снять онемение и усталость. — Отравили надежно, с запасом. Но я не знаю, что именно это была за отрава, и как она попала в тело.
— Его еду проверяли. — нахмурившись проговорил Магомет. — Никого чужого рядом не было.
— Да? — я нахмурился, еще раз взглянув на товарища.