Но почему вы здесь? С месье Бурро сняты подозрения.
– Один из его сообщников легко мог выйти на дорогу в его обличье. Он обманул судей, но не обманет меня.
В этот момент в комнату ворвался разъяренный Жан-Мари Бурро, в синяках, в растрепанной одежде.
Одной рукой он обнимал свою натурщицу, закутанную в одеяло. Он усадил ее на скамью и обернулся к Крофтону.
– Вы обвиняете меня! – вскричал он, сверкнув глазами. Ах, французский темперамент. Очень кстати!
– Меня! Честного человека! – Выразительные жесты подчеркивали каждую фразу.
– Почтенную? – рассмеялся мужчина, одетый тигром. Шатаясь, он пробрался в комнату и направился прямо к женщине. Жан-Мари развернулся и ударил его ногой в пах. Тот взвыл и свернулся клубком от боли.
Трис не мог удержаться – он рассмеялся:
– Браво!
Не зная, что случится в следующую секунду, он повернулся к Крофтону.
– Мой кузен, Жан-Мари Бурро, – представил он, – которого я навестил по семейным делам.
– Кузен? – взорвался Крофтон."
"– Кузен. Внебрачный сын моего дяди. Крофтон, я предлагаю вам уйти и забрать ваше отребье с собой. Будьте так добры, не забудьте возместить ущерб хозяину гостиницы.
Глаза Крофтона забегали.
– Я не уйду, пока не узнаю, что здесь делает мисс Мэндевилл с этой статуэткой. Она говорит, что такая же была в доме ее отца в Лондоне.
Трис почти слышал, как крутятся шестеренки в голове Крофтона.
– Ошибусь ли я, Сент-Рейвен; полагая, что этой статуэткой заинтересовалась ваша подружка – рахат-лукум?
Трис постарался не изменить выражения лица и снова рассмотрел фигурку в монокль.
– Возможно, она подойдет. Статуэтка продается, мисс Мэндевилл?
Она сделала книксен. Он находил, что ее розовые щечки в этой возмутительной ситуации выглядят естественно.
– Конечно, ваша светлость. Я пришла сюда, чтобы предложить ее месье Бурро, – мне сказали, что он коллекционирует такие вещицы. Вы же знаете, лорд Крофтон, – добавила она с притворной сладостью, – моя семья вынуждена продать все, что не является необходимым.
Она была королевой среди женщин.