Кому так доставляет удовольствие быть всесильным, думая, что он — Всевышний.
— Никакой свадьбы не будет! Никогда не будет! Я приехал лишь помочь со слиянием компаний, дальше можете делать все, что хотите, хоть сами переженитесь ради повышения престижности и цены акций.
Ян говорил строго, смотря отцу в глаза, а самому скорее хотелось уйти, найти Киру, объяснить все, попросить прощения за все, за то, что повел себя, как трус, что испугался своих же чувств, которые шли вразрез его дурацким принципам.
— Я не понимаю, сын, а что изменилось?"
"— А ничего и не менялось, ты, как был чудовищем, так и остался.
— С того, что я твой отец!
Кельман повысил голос, взгляд изменился, они смотрели друг на друга, как заклятые враги, казалось, что сейчас под их ногами начнет гореть земля.
— Это ни о чем не говорит!
— Потому, что я твой отец, и я знаю, как для тебя лучше!
— Знаешь, как лучше? Ты в этом так уверен? По-твоему, было лучше давать ребенку видеть мать два раза в год? Было лучше не говорить ему о ее болезни и даже похоронить без его присутствия? Лучше постоянно контролировать, следить и подсовывать нужных девок?
— Ян!
— Извини, Арина, ты такая же пешка в этой игре, как и я. Но я устал, хватит! У меня даже язык не поворачивается назвать тебя отцом, потому что ты им никогда не был.
Ян думал, что если он не уйдет, то ударит этого пожилого человека, который по какому-то странному стечению обстоятельств является его биологическим отцом.
— Снова встретил эту бабу и начал думать членом, а не головой? Твоя жизнь расписана и определена. Она тебе не пара, как ты не можешь понять этого?
Ян напрягся, сжал кулаки, медленно подошел к отцу, который, поднявшись с места, уверенно и холодно смотрел на сына.
— Повтори еще раз, что ты сказал?
— Мне и повторять не надо, ты же все понял, ты же умный мальчик, только иногда делаешь всякую хуйню. Тебя жизнь ничему не учит, как и ее. Об тебя можно вытереть ноги, а ты все равно приползешь обратно, как побитый пес, к ней под юбку.
— Повтори, что ты сейчас сказал?
В помещении повисла тишина, даже Арина перестала всхлипывать, смотря на развернувшуюся странную сцену между отцом и сыном Кельманами.