— Хочу открыть собственную студию дизайна, а еще школу для детей, где они могут учиться дизайну, учиться видеть пространство, развивать хороший вкус, участвовать в мастер-классах, создавать что-то свое.
Кельман, отложив приборы, изучал девушку. Небрежно собранные волосы, пряди спадали на лицо, она периодически их убирала. Тонкие пальцы скользили по лицу, на обнаженных плечах выпирали косточки, но ее худоба придавала ей такой хрупкой сексуальности, что хотелось смотреть и смотреть. Красивая, умная, такая желанная.
— Прекрасная мечта.
Кира не заметила, как мужчина придвинулся ближе и накрыл ее руку своей. Остановила свой взгляд на ней, хотела быстро убрать, но ей не дали, придавив сильнее.
— О, совсем не ожидал вас тут встретить, Артур Эдуардович. Приятного аппетита, — мужчина улыбался во весь рот, повернул голову и замолчал. — Кира?
Его глаза забегали от Кельмана к Кире, зацепились на их руках, непонимание, удивление, догадка, вот, что было написано на его лице. Кира выдернула, наконец, руку, но положения это не спасло.
Глава 22
— Леха, привет, как здоровье? Хорошо? Ну, это прекрасно! Через три дня заезжаем на объект, проект скинула почтой. Почту открывать не разучился? Умница ты моя! Почему срочно, ничего не срочно, бросаем все, коней тоже в трещину, и галопом в элитный поселок, к олигарху. Шеф дал добро по всем фронтам, скоро выступать, лей солярку в танк.
Кира широкими шагами расхаживала по кабинету, придерживая телефон плечом, пальцами щелкая зажигалкой, которая все не давала огня, чтоб прикурить.
— Леха? Ты меня слышишь? Лех? Все понял? И не смей мне бухать! Придушу!
Леха стал клясться всеми святыми, что это был последний раз, Кира, конечно, не верила, но поддержать человека надо было. Вот закончат они пруд, и она сама поставит ему литр.
— Что за спешка, Демина?
— Какая спешка? Все в рабочем порядке.
— Ага, точно, ты словно валькирия, не хватает меча и коня с крыльями.
Кира швырнула телефон на стол, туда же полетели так и не прикуренная сигарета и сломанная зажигалка. Встала, засунула руки в карманы светлых широких брюк, посмотрела в окно. Птички чирикали, солнышко светило, погано все, не радует даже это.
— Так что стряслось?
— Мы делаем пруд в рекордно короткие сроки, с тебя растительность, ну, ты знаешь, какая.