— Прости меня, — шептала она ему. — Пожалуйста, прости меня! Я тоже буду любить тебя. Всегда.
За окнами уже забрезжил рассвет, когда она поднялась с пола.
Таня убрала на место посуду, выкинула свечи, убрала фотографию, открыла коробочку с кольцом последний раз, прощаясь.
Такое красивое, из белого металла, сияющее чистым густо-жёлтым камнем. Жёлтые бриллианты очень редкие и стоили очень дорого, но Таня знала, почему Влад купил именно такой. В честь её рыжих волос.
— Да, — сказала она этому сверкающему чуду.
Таня поцеловала кольцо на прощанье, закрыла коробочку и спрятала, надеясь, что навсегда забудет, где оно лежит.
— Будь ты проклят, Янис, — сказала она камере в коридоре. Ведь она даже не удивилась, когда увидела Влада с Женькой в спальне.
Больше не было правых, и не было виноватых.
Как паук и ядовитая бабочка, они были обречены.
Обречены любить друг друга и никогда не быть вместе.
Янис переехал к ней на следующий день.
— Это тесты на овуляцию. Это тесты на беременность, — кинул он ей, как собаке кость, по очереди два пакета. — Если окажется, что сейчас ты беременная, то ты сделаешь аборт. Если нет, я дождусь твоей менструации, потом овуляции, а потом будем создавать новую жизнь с моими генами.
Танин коварный план провалился. Она хотела ребёнка только от Влада.
И менструация началась. Таня бросила Янису на грудь окровавленные трусы.
— Этого достаточно или нужны ещё какие-нибудь доказательства?
— Отличная новость, — даже не поморщился он, разглядывая её бельё. — Теперь ты чиста как мадонна.
Всё, что было потом, почти не сохранилось в Таниной памяти. Она словно спала или пребывала в вечном обмороке. Ей всё было безразлично.
Янис, храпящий рядом с ней в кровати каждый день. Его перекошенное лицо, когда он кончал. Раньше она всегда закрывала глаза, чтобы не видеть это, а теперь, наоборот, подсматривала и посмеивалась, пока он корчился.
Таня забеременела в первый же месяц. Янис ликовал.