Но в одном месте я точно не собирался рыться — в их переписках с Распутиной. Не хотел копаться в личной жизни Кати.
Тут, в «Ёлки», пришел Вадим Глебов. Тот самый урод, чей телефон я собирал по кусочкам. А в компании с ним был второй утырок, Руслан Пуришкевич.
«О, добрался все-таки? — я внимательно проследил за тем, куда они собираются сесть. — Да ну, и именно поближе к нам? Это разве совпадение?»
— Ух ты, Распутина, — Руслан коротко кивнул мне, хотя в его глазах читалось, что здороваться со мной он не хочет. — На малолеток потянуло, да? — он нагло улыбнулся.
— Что ты только что ляпнул? — я поднялся со своего места, не выражая на лице никаких эмоций. Но вот мои глаза точно горели, и Руслан это понял.
— На сок, говорю, потянуло, — усмехнулся этот козел. — Это просто извращение — не пить в «Ёлках»! Ужас какой!
Все прекрасно слышали, что он сказал. Только вот Руслан не просто так соскочил со своих слов, а чтобы избежать возможной дуэли. Я бы его точно вызвал, если бы он повторился.
Эти два козла сидели за соседним столиком и громко обсуждали, кто кому и что присунул. В целом никто из нашей компании их не слушал. Но вот я держал ухо востро. И вовремя подключился к телефону Руслана, когда он ушел вместе с Вадимом в туалет. Услышанное мне очень не понравилось.
— Я этой суке всю репутацию уничтожу, — говорил Руслан. — Тварь тупая.
— Ты про Катю, что ли?
— А про кого еще? — я услышал журчание и попытался убрать все посторонние звуки. — Ее все шлюхой называть будут! Поверь, братан, я такое учудю, потом еще на коленях приползет, потому что никто замуж не позовет.
«Эх, Великая Электрожаба… дай мне сил справиться без убийств. Пускай у этого говнюка стручок отсохнет, а? Ты же можешь проклясть его?»
Разумеется, о проклятьях речи и не шло. Я, конечно, верил, что есть всякие печати, свитки, которые портят родовую кровь и что-то в этом духе, но в этом мире я подобного не встречал.
Поэтому, с мыслью «побыть в роли Проклинателя», я выдал Стрелке короткую команду.
Ух.
После небольшой шоковой терапии братцы-гномики решили уйти из ресторана, напоследок нахамив официанту по поводу сушилки для рук.