Тришка не сразу сообразил, из-за чего началась паника, а когда понял, было уже поздно. Я активировал на его телефоне функцию громкой связи, удалённо, разумеется, и все бандиты это прекрасно слышали.
И взять всю ситуацию под контроль у него не получалось. Однако, я и тут тоже подсобил:
— Вперёд! Блокпостов нет, все силы ушли к вашему дому, — кричал «Жендос» в трубке. — Странно, как вас вообще упустили.
Тришка тут же рявкнул на толпу, и, на удивление, даже самые «быстрые» остановились. Собирая всех около кромки леса, он позвонил мне и дрожащим голосом спросил:
— Жендос… брат, скажи нам, куда идти?
— Вперёд.
Ну, собственно говоря, он так и приказал. Когда Сибиряк скомандовал двигаться вперёд, из леса вышли големы, а я в это время погасил все цифровые бинокли в округе. Нехрен големов видеть, хех.
Титаны оказались самыми продуктивными, да и по итогу, за счёт своих огнеметов, самыми опасными. Урон от них был массовым, и в целом, бандитов, которые нацепили на себя стихийные доспехи, уже ничего не могло уберечь.
Огнеметы, вкупе с громобоями Карателей, в одно мгновение проредили толпу бандитов, уничтожив десятерых.
— Двадцать три, — пробормотал я. — Ну что, сколько ещё не успеют выбраться?
Тришка, видя, как погибают его люди, рванул в ту сторону, куда я его посылал, те, кто смог отреагировать так же молниеносно, как и он, побежали вслед. Но вот тут и машины Рубцова показались на горизонте. Големы тут же по команде шагнули обратно в лес, да и я ушёл за деревья.
Бандиты, сами того не понимая, рванули на мою гвардию и тут же оказались под пулемётной очередью.
Казалось бы, ситуация была патовая. За спиной были какие-то великаны с оружием, а перед глазами — бронемашины с пулемётами на крышах. Где было больше шансов выжить?
Тришка принял решение. Посмертное. Разворачивая группу обратно к лесу, он потерял пятерых бойцов, но за деревьями он ещё мог спрятаться от огнестрельного оружия.
Выдавая големам команды на ходу, я побежал параллельно Тришке и начал уводить за собой големов, чтобы моя гвардия, как вступит в лес, не наткнулась на них.
Мы столкнулись с ним лицом к лицу. Сибиряк сделал дугу по кустам, бросив своих. А затем замер, не понимая, откуда и что вспыхнуло, и почему это так руку жжет. Когда он поднял голову и увидел меня, то запаниковал.
А вот я усмехался. Тришку так-то уже нехило покоцали пулями, доспех, конечно, спас его от смертельного урона, но все же ослаб. А что было самым классным, Сибиряк был молниевиком.